Рейтинг@Mail.ru

БРУСЯНСКАЯ ЗНАМЕНСКАЯ ЦЕРКОВЬ

Общеизвестно, что каменная Знаменская церковь одноимённого села (ныне- в Сухоложском районе Свердловской обл.) заложена в 1794 году. Главный придел в честь иконы Пресвятой Богородицы «Знамение» освящен в 1802 г. Ранее здесь существовал деревянный храм, но его история не столь открыта.
Причины «туманности» - административные и топонимические изменения, сопутствующие населённым пунктам, позднее вошедшим в состав села Знаменского. Вот хронология этих событий.
В 1673-1674 гг. «без В.Г. указу и без грамоты» была основана слобода (заимка) Тобольского архиерейского дома (т.н. «Митрополия»). Как административная единица просуществовала до 1679 г.
С 1679 г. право обладания «беззаконной» территорией митрополичьей слободы перешло государевой «новой Пышминской слободе» Верхотурского уезда. К декабрю 1680 г. на дворовом месте митрополичьей слободы был поставлен острог. Известна привязка острога (т.е. - и бывшего там ранее двора «Митрополии») к местности - «а от острогу вверх по Пышме реке до речки Брусянки сажень ста с полтора». [9, с.566] Если точнее, то древнее поселение находилось на правом берегу Пышмы, ниже устья Брусянки на 300 (500?) метров, на береговом уклоне, у излучины реки. Сегодня это северная оконечность села Знаменского, прилегающая к Пышме.
К острогу примыкала группа крестьянских дворов – «с приезду, из за дворов острогу и башен не видать, а дворы стоят возле надолбы», - докладывал Верхотурскому воеводе Михайло Мещеряков в 1681 г. [9, с.566] Следует сказать, что эти координаты относятся к административному центру поселения. Крестьянские домохозяйства слободы могли находиться (и находились), зачастую, на большом расстоянии от резиденции «начальников». Пример: фигурировавшая в документах, как деревня (заимка, пустошь) Невьянского монастыря, в переписных и отдаточных книгах 1703 и 1704 гг. вдруг обнаружила в себе четыре населённых пункта - деревни Кекурская, Мельнишная, Кашина, Глухово, разбросанные по Кунаре от устья до нынешнего г. Богданович. [1, прил.4].
В 1684 г. верхотурские власти приказали перенести острог, построенный «не в угожем месте», вниз по Пышме, к устью Кунары, - рядом с двором Невьянского монастыря. [3] В июле 1685 года приказчик Иван Ежевской, в письме впервые называет старое Новопышминское поселение (где ранее был острог) деревнею Брусянкою. [3] Видимо, Брусянкой была названа некая совокупность групп крестьянских дворов, хуторов, заимок, имевших в обиходе и собственные названия. Похоже, это проявилось на чертеже Верхотурского уезда в «Чертёжной книге Сибири», выполненном С. Ремезовым в 1699 – 1700 гг. Там, по Пышме от д.Ряпосовой до Курьей (д. Курина), нет д. Брусянки, но есть поселения Усть-Ревтинка, Мосина и Больша (я). [8] Вероятно, Большая - существовавшее название бывшего острога и прилегавших к нему крестьянских дворов. Т.е. Ремезов сделал декомпозицию д. Брусянки, выделив и обозначив на карте её составные части.
Но в дальнейшем все эти три «ремезовских» топонима больше себя никак не проявят. Либо они будут включены в состав д. Брусянки, либо исчезнут (д. Усть-Ревтинка), либо проявятся под новым названием (может быть, д. Ершовая).
Чтобы не запутать читателя, скажем главное и бесспорное: исторически центр деревни Брусянская располагался на месте бывшего острога, т.е. в северной оконечности нынешнего села Знаменского, у Пышмы. И отнюдь не стоит её отождествлять с ныне здравствующей деревней Брусяны, которая если и существовала на стыке XVII-XVIII веков (не факт), то - как отдалённая периферия головного поселения.
Вернёмся к церкви. По переписи митрополичьих и монастырских владений Верхотурского уезда 1679 г в Митропольей слободе была «часовня тёплая Архистратига Михаила да великого святого Николы Чудотворца». [1, прил.1] Это первое культовое сооружение на территории, занимаемой нынешним Сухоложьем. Неизвестно, переносилась ли часовня при «переезде» нового Пышминского острога в устье Кунары. Во всяком случае, названия позднее построенных каменных Новопышминских церквей – Михаило-Архангельская и Николаевская определенно указывают на их предшественницу - упомянутую часовню.
5 января 1684 года крестьяне, в ответ на их челобитье, получили разрешение строить в Новопышминском остроге церковь. Но ровно через три месяца приказчику этой слободы Матвею Якубовскому поступил наказ о переносе острога. Строительство храма на старом месте начальству представилось не актуальным.
Однако крестьяне, встретившие в штыки решение о переносе слободской столицы, не соглашались и с отказом от возведения храма на «старом» острожном месте. Их поддержало духовенство: десятильник Еким Ушаров «упёрся» и не стал отдавать приказчикам принятые на хранение иконы, приобретенные крестьянами слободы для новой церкви.[3] И храм был построен, но не так быстро, как предполагалось. Освятили его, как станет ясно из последующего,во имя иконы Пресвятой Богородицы, именуемой «Знамение».
Вообще, особое почитание этой иконы в Тобольской епархии происходит с 1636 года, когда вдовице Марии в «легком сне» явились две иконы – Богоматери «Знамение» и прп. Марии Египетской а также, «аки жива суща», свт. Николая. От иконы Божьей матери был голос с повелением построить церковь на Абалацком погосте (позже там возник и монастырь). [6] Впервые церковь в деревне Брусяны проявила себя в переписи Томилова 1710 г. Исходя из совокупности приведенных выше обстоятельств, наиболее вероятное время её постройки – конец 17-го века. Название храма в переписи не приводится.
Причт церкви состоял из священника, дьячка, пономаря, трапезника (церковного сторожа) и просвирни (это женщина, пекущая хлеб для богослужений, обычно вдова духовного звания). Каждый проживал в отдельном доме.
Священником церкви деревни (?) Брусянской в 1710 году был Иван Михайлов Шляповых тридцати лет. Совместно с ним проживали жена, сын, три дочери и мать 60-ти лет.
Дьячком служил Максим Яковлев семидесяти лет. У него жена (пятидесяти лет) и неродные сын «осмнатцати лет» (с семьей) и дочь десяти лет. В доме проживали также подворники ( по-нашему – квартиранты).
Пономарем на брусянском приходе был Василей Абросимов Барышевых, пятидесяти лет, С ним жена, двое сыновей и три дочери.
Во дворе трепезников проживали Лаврентей Васильев, тридцати лет с сыном Панкратием четырех лет. За этой скудной информацией, конечно же, стоит какая-то трагедия.
То же, наверное, можно сказать и про двор просвирнин. «Дарья Михайлова пятидесяти лет, сын Иван пятнатцати лет; дочери: Агафия четырнатцати лет, Федосья десяти лет. У нее сын Василей шти лет, Федосья четырех лет. Дочь же Ульяна Андреева дватцати лет». [1, прил.5] Обращает на себя внимание возраст дьячка – 70 лет. Местным кадром псаломщик быть не мог. Но и приглашать старца на такую должность прагматичное общество не стало бы. Очевидно, в Брусянскую церковь он был принят, минимум, годами десятью ранее, что косвенно указывает на примерный возраст храма.
Определённо храм был кладбищенский. А кладбища, как известно, устраивают на некотором отдалении от поселения.
Переписью 1710 г была учтена в Новопышминской слободе и д. Ершовая (17 дворов). В следующей переписи 1719 г она исчезает, но появляется Знаменский погост. Генеалоги по-фамильным сравнением установили их идентичность. Церковь в Брусянке, естественно, уже не упоминается. [3] Словарь Даля дает несколько определений слова «погост». Второе значение – несколько деревень под общим управлением и одного прихода; волость.
Похоже, в нашем случае так и получилось. На базе деревни Ершовой власти сформировали административный центр, приписав к нему церковь и назвав этот комплекс Знаменским погостом. [4] Очевидно, что д. Ершовая находилась в относительной близости к церкви (т.е. и к д. Брусянской) – в противном случае приписка к ней храма выглядела бы нелепо.
Но, как говорят документы 1731 г и последующих лет, это не закрепилось. Погост в дальнейшем именовался Брусянским, Брусянским Знаменским. В древних источниках Брусянское называют и селом.
В 1731 году ввеликий четверток деревянная Знаменская церковь сгорела. От Тобольского и Сибирского Митрополита Антония9 Июня 1731 г последовала в Успенский Далматов монастырьзаказчику архимандриту Сильвестру благословенная грамотав таких выражениях:
«Сего 1731 года, Июня 7 дня нашему архиерейству в поданном прошении Ново-Пышминской слободы, Брусянского Знаменского погоста от обывателей выборного челобитчика, крестьянина Максима Пронина написано: сего де 1731 году во святой великий четверток после утрени, до обедни, в оном погосте Знаменская церковь волею Божиею со всею церковною утварью сгорела до остатку.
А ныне того погоста обыватели все общекупно пожелали паки на том же погорелом месте воздвигнуть вновь церковь во имя Пресвятыя Богородицы честнаго Ея Знамения. Чего де ради оные Брусянского погоста обыватели ему, Прокину, и заручный приговор дали, который нашему архиерейству и объявлен и чтобы нашему архиерейству пожаловать их просителей благословить на вышеозначенном погорелом месте построить церковь новую и о том бы дать нашу архиерейскую благословенную грамоту.
И мы, архиерей, вышепредъявленное прошение приемши, повелеваем тебе, заказчику, о том, что оная церковь не от небрежения ль какого священнического или причетников, или церковного сторожа и како? И от чего подлинно загорелась?
Исследовать со всяким достоверием и справедливости и то следствие прислать к нашему архиерейству неукоснительно. А на вышеобъявленном погорелом месте новую во имя Знамения Пр. Богородицы церковь тебе, заказчику, по чиноположению церковному обложивше, чрез наше архиерейское благословение оным просителям тою церковь строить позволить и притом от нашего архиерейства сказать им, чтобы они тую церковь строением совершили всеконечно в надходящую осень без всякого отлагательства.
И что по сему тобою исполнено будет, о том до нашего архиерейства рапортовать обстоятельно». [5] Архимандрит Сельвестр эту грамоту получил 13 Июля. «Августа 28, того же года в «проезде к Верхотурью, будучи в Брусянском погосте он о сгоревшей церкви следовал и то следствие при особом доношении к Митрополиту послал, а на погорелом месте, новую во имя Знамения Пр. Богородицы церковь обложивше, чрез архиерейское благословение просителям церковь строить позволил, причем сказано им чтоб они, просители, тую церковь строением совершили всеконечно в надходящую осень без всякого отлагательства». [5] Вместо сгоревшей церкви была устроена деревянная без каменного фундамента; заложение было совершено 28 Августа 1731 года, а освящение, - по благословенной грамоте того же Митрополита Антония в 1732 году. [5] Убранство храма того периода было бедным, а, по мнению комментатора начала XX века – «в Брусянской церкви была вопиющая бедность».
В Мае 1759 года - лет через 27 после нового освящения – «в алтаре Знаменской церкви на престоле было: одеяние голи-красной; Евангелие напрестольное в бархате красном с Евангелисты медными; два напрестольных креста - один чеховый под золотом, другой - медный; покрыто пеленою китайчатой; гробница оловянная; сосуд, дискос и звезда—сребренные; лжица оловянная; на жертвеннике одеяние синей крашенины.
В церкви образов местных, писанных на досках без иконостаса (!) с окладами сребренными, медными и чеховыми шесть; две хоругви, писанные на полотне; лампадов пред местными образами жестяных пять; паникадило медное в 30 фунтов; укропник медный; два кадила медныя; подсвечник выходной жестяной один.
Колоколов было шесть; 19 п.30 ф.; 9 п. 30 ф.; 7 п.; 4 п. и два по полтора пуда. Риз было пять; подризников 2, стихарей один и один же орарь шелковый». [5] Как Знаменская церковь села Брусянского храм фиксируется и во второй половине XVIII века. 22 Декабря 1765 года Екатеринбургское Духовное Правление с десятиначальником священником Федором Комаровым препроводило «Брусянского села Знаменской церкви священнику Димитрию Мухину с товарищем и церковному старосте Быкову» указ следующего содержания:
«Сего Декабря 22 числа Екатеринбургского Екатерининского собора в поданном в здешнее Дух. Правление от старосты Сидора Резонова доношении написано: понеже потребно ныне отдать из церковной казны за взятое с Сылвинского завода крышечное железо, которым св. алтари и колокольня покрыты 103 рубля да за взятые ж из Екатеринбургской заводской конторы двои весы с гирями 100 руб., всего 203 руб., а при оном соборе в наличии церковной казны не имеется.
По справке в здешнем Дух. Правлении оказалось, что того села в церкви Знаменской денежной казны ста два или более в наличии имеется, того ради в Екатеринбургском Дух. Правлении определено: Брусянского села св. Д. Мухину с товарищем и старосте Быкову послать указ с тем, чтоб ежели при той церкви имеется денег ста четыре рублев, то нарочно посланному св. Ф. Комарову 200 руб. взаимообразно к Екатерининскому собору на одно годичное время отдать, а если того числа не имеется, то 150 руб., которые имеют возвращены в скорости чрез годичное время от оного собора. Но и священнику Мухину с товарищем и старосте Быкову чинить по сему Ея Императорского Величества указу». [5] Трудно было Брусянской церкви вырваться из бедности при таком подходе Екатеринбургского начальства. Десятиначальник Ф. Комаров, по указу Ея Императорского Величества, таки, «принял денег 70 рублев» от свящ. Мухина и старосты Быкова. Вернул ли?
Видимо, с подачи книги «Приходы и церкви Екатеринбургской епархии» бытует мнение, что Знаменское село «стало так называться со времени основания храма во имя Знамения Пресв. Богородицы в 1794 г., а до того называлось Кокуем». [7] Однако источник, на основе архивных данных, сообщает, что в состав Брусянского прихода в конце 18 столетия входили селения: Шатская, Сухоложская, Брусяна, Рудянка, Мокрая, Ряпасова, Рогалева и Чебакова. [5] Как мы видим, нет Кокуя среди деревень данной местности.
Причина недоразумения, очевидно, в следующем. Кокуем на Урале называли отдалённую часть села (деревни).
Мы знаем, где построена каменная Знаменская церковь. Её поставили не на месте деревянной тёзки, а южнее (на глазок – полутора километрами) от «острожного» места Брусянского поселения. Очевидно, эту периферийную (относительно исторического центра) часть когда-то назвали Кокуем.
В дальнейшем, с постройкой каменного храма, ближние и удалённые составные Брусянского погоста, находящиеся по правому берегу одноименной речки, стали зваться селом Знаменским. Центр села переместился к новой церкви. А за левобережной деревенькой Брусяной сохранилось «девичье» имя.
История Брусянского Знаменского храма не заканчивается с постройкой каменной церкви. В 1817 г он был перевезён в деревню Сухоложскую и стоял здесь в качестве кладбищенского, приписного к Знаменской каменной.В 1837 г деревня Сухоложская отделилась и образовала самостоятельный приход. Каменный храм во имя Богоявления Господня был освящён здесь только в 1865 г «вместо обветшавшаго деревяннаго». [2]


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru