Рейтинг@Mail.ru
«Фантастика патриотизма» — Конкурс фантастического рассказа

Другими глазами

На голографических часах сменялись секунды, капитан прославленной боевой восьмёрки, герой Клиптианской войны, наставница Лэми Аррах сидела в своём кабинете на двухсотом этаже лётно-космической академии и рассеянно смотрела в окно. По яркому весеннему небу раздувшимися гусеницами ползли грузовые паромы, стайками железных птиц проносились бытовые глиссеры и пузатые служебные боты. Утопая в роскошной зелени парков, внизу лениво ворочался нарядившийся к празднику город.
Пять лет прошло с войны, а на заседании совета наставников вновь пришлось отбиваться. Мио Краас блестяще сдал вступительные экзамены. Лэми честно призналась, что не может принять его на курс по личным причинам. В конце концов, имеет на это право. Пусть другие наставники осуждают её в кулуарах, приписывают гордыню или самодурство. Да что угодно. Она не будет отчитываться ни перед кем, даже перед начальником академии, что и сказала, когда он попросил объясниться наедине.
– Вы, кажется, воевали с его отцом в одной десятке? – осторожно поинтересовался он.
– Вот именно, воевали, – отрезала Лэми.
Не стала продолжать при всём уважении к сдержанному генерал-лейтенанту. Он сам мог бы узнать причину, но видно посчитал неприличным разнюхивать у неё за спиной. Вот и теперь за язык тянуть не стал, посмотрел в глаза, стушевался и поспешил уладить дело. Одарённого парня отдали другому наставнику. Но отчего так пакостно на душе?
Лэми глотнула из чашки остывший кофе и заставила себя подняться. К семи нужно быть у Сани, а она тут расселась.
– Здравствуй, Лэми, – услышала, не успев переступить порог кабинета.
Голос с резким металлическими нотками она узнала прежде, чем подняла взгляд. Отвернулась и ускорила шаг. Бывший нападающий не дал уйти, догнал и развернул к себе. Лэми оказалась прижатой к стене, лицом к лицу с предателем, рванулась что есть сил, едва не задохнувшись от нахлынувшей ярости, но Краас вцепился в неё мёртвой хваткой.
– Руки убери, – процедила сквозь зубы.
– Я здесь из-за сына. Мио мечтает у тебя учиться. Поговори со мной, прошу, – тихо проговорил Краас.
Заискивающий тон нападающего взбесил ещё сильнее:
– О чём ты можешь меня просить? Арраха нет, а ты – живой, здоровый, рыло наел, – сорвалась на крик Лэми.
Краас мотнул головой и продолжил – глаза в глаза:
– Знаю, ты оспаривала выводы комиссии по расследованию. Выстрел произошёл самопроизвольно, опознавательная система глайдера Арраха не сработала. Я был его другом, Лэми.
– Другом? – Если бы взгляд мог убивать, Краас тотчас упал бы замертво. Лэми справилась с собой и продолжила с холодным спокойствием. – Ты целился, Краас. В блок гравитора случайно не попадёшь. Как ты живёшь после того, что сделал, а? Кошмары не мучают?
Краас отшатнулся, словно получил пощёчину. Лэми не сдвинулась с места:
– Список моих курсантов утвержден советом наставников, так что если у вас есть претензии – это не ко мне.
– Хорошо, можешь меня ненавидеть, но при чём здесь Мио? Он хороший парень. Он бредит космосом.
– Если Мио хочет летать – будет летать. В наше время не выбирали наставников.
– Мио получил ответ, закрылся в комнате и не выходит, не может понять, почему ты ему отказала.
– Так объясни ему, – не выдержала Лэми и, оттолкнув предателя в сторону, быстро пошла прочь.
Не могла прийти в себя, даже оказавшись в кабине поджидавшего на парковке одноместного глиссера, поэтому включила автопилот и, пока машина набирала высоту, безотчётно тёрла ладонями лицо, точно пыталась смыть с него несуществующую грязь.
На экране инкома всплывали поздравительные сообщения от курсантов, друзей, знакомых. Откинувшись на спинку сиденья, Лэми закрыла глаза.
Как он вообще посмел явиться? И к начальнику академии на поклон бегал, не иначе, пытался надавить, бряцал боевыми заслугами.
Пусть она плохо обошлась с Мио, но что ей было делать, он слишком похож на отца. То же крючконосое лицо с колючими глазами, те же рваные жесты и голос. Во время личного собеседования с Краасом-младшим Лэми дважды брала перерыв, выскакивала в коридор, хваталась за стену и часто дышала, чтобы не выплеснуть растущий внутри гнев на парня, виновного только в том, что он оказался сыном предателя.
Вера Краас хладнокровно расстрелял флагманский глайдер, когда десятка Арраха возвращалась на базу после тяжёлого столкновения с триариями – самыми опасными нападающими противника. Это неотёсанных велитов, горохом сыпавшихся из подпространства, отстреливали, как стайки непуганых воробьёв. Гастаты приходили группами поменьше и кое-что умели. Но схватка с десяткой клиптианских триариев была настоящей игрой со смертью.
Вражеский ловец сел Лэми на хвост и упрямо сокращал расстояние. Вторил каждому движению, будто мысли читал. Ему почти удалось зацепить её глайдер магнитной ловушкой. Ушла в последний момент. Остановившись на последнем витке спирали, резко потянула вверх. Враг не успел среагировать и оказался в виртуальном прицеле. Этот спёкся, но бой продолжался. Команде едва удалось вернуться без потерь.
Они вышли в исходные точки над низкой атмосферой Луны. Ждали сигнала, чтобы отдать корабли на волю гравитационных уловителей посадочных шахт. Ничто не предвещало беды. Миг, когда лазерный луч Крааса вспорол бок глайдера, в доли секунды оставив от капитанского корабля сгусток пылающей плазмы, запёкся в памяти выжженным клеймом.
Почему защитное поле корабля не отразило заряд «своих»? Этот вопрос до сих пор не давал покоя. Аррах не мог отключить контур. Если во время боя глайдер получил повреждения, капитан должен был сообщить об этом на базу и увести неисправную машину на запасную посадочную площадку, но ничего подобного не было.
Безнаказанность Крааса приводила в отчаяние. Убийцу обвинили в преступной халатности и сослали в штрафной батальон в текущем звании старшего лейтенанта.
Лэми не раз пожалела, что, повинуясь мгновенному чувству, встала между Краасом и командой: выбравшись из посадочных боксов, ребята мчались к убийце, их перекошенные гневом лица не оставляли сомнений в том, что сейчас будет. Вера стоял и молча ждал расправы. Вот и бросилась наперерез, но Краас одним движением отшвырнул защитницу в сторону.
– Стоять! – сотряс стены громоподобный, замораживающий рык комэска Рокко Гримма, невесть какими судьбами оказавшегося в посадочном отсеке. Озверевшие парни замерли, будто столкнулись со стеной. – Смир-р-рно! – взревел командир.


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru