Рейтинг@Mail.ru
аэлита кубок 3

Романенко А. – Мы все – Земляне – 43

– И мы будем первыми, кто встретится с инопланетной жизнью!

– Не мы, а россиянин Савченко и китаец Чжен-Бао.

– Брось ты, Генрих. Здесь мы все – земляне.

Шнайдер не стал отвечать, и молча продолжил собирать минералы.

Робертс краем глаза взглянул на дисплей на внутренней поверхности сферы шлема. Таймер показывал, что до возвращения «Агляциона» осталось 70 часов. Как далеко бы ребята не забрались, им пора возвращаться к точке всплытия.

 

 

Тимофей и Чен опускался всё глубже в бескрайние воды подлёдного океана Энцелада. Поиск с помощью тепловизора не дал результатов, да оно и ожидалось. Было бы странно найти в холодном океане форму жизни, излучающую тепло. Посовещавшись, исследователи включили мощный прожектор. Но его луч лишь рассекал водное пространство, не встречая на своём пути никаких препятствий. Кругом была лишь безмолвная бездна.

– По сути, Чен, – сказал Тимофей, – ­­мы сейчас и не поймём, встретили мы что-то живое, или нет. Аппарат собирает пробу воды на разных глубинах, а её подробный анализ будет проводиться уже в земных лабораториях. И, может быть, тогда обнаружатся какие-то простейшие микроорганизмы. Так что я и не рассчитываю увидеть здесь что-то невооружённым взглядом.

–  Да, я тоже, – немногословно ответил Чжен-Бао. – Но очень хотелось бы.

– Хорошо, что часть экспериментов я могу провести уже здесь, на борту.

Когда половина отведённого на погружение времени закончилась, исследователи направили «Агляцион» обратно к поверхности.

Подъём протекал штатно. Оставались считанные сотни метров. Высоко вверху уже виднелась их «лунка». Чен готовился проводить всплытие батискафа, а Тимофей рассматривал в микроскопе собранные вокруг материалы. Еле слышно гудели двигатели аппарата, да тикали механические часики, которые любитель старины Савченко захватил с собой в путешествие.

– Эврика!

Тимофей поднял сияющие глаза от окуляров.

– Мы нашли, Чен! Нашли!

– Что там, Тим?

– О, ну что ты, товарищ Чжен-Бао, что ты такой спокойный! Мы нашли жизнь!

Чен оторвался от навигационной панели и обернулся к Савченко с вопросом в глазах.

– Представляешь, в пробе с глубины 1200 метров, то есть почти с самой низкой точки нашего погружения, в обычный электронный микроскоп, без всяких спектральных анализов и прочих изысков, можно рассмотреть живые бактерии! Они движутся, Чен! У них там вовсю бурлит жизнь! Посмотри!

Чжен приподнялся с кресла, чтобы шагнуть к микроскопу. В этот что-то огромное пересекло луч прожектора.

– Ты… Ты видел это, Тим?

– Я думал, мне показалось.

Оба прильнули к иллюминаторам. Чен начал водить прожектором, в поисках чего-то странного. Безрезультатно. Только бездна вод, как и прежде. Внезапно резкий толчок опрокинул обоих на пол. Противно замигала лампа тревожного оповещения. «Агляцион» прекратил подъём и завис в водном пространстве. Мощные двигатели, что справлялись с давлением океана, оказались бессильны.


Комментарии:
  1. Картинка профиля Борис Долинго

    Это была достойная уважения попытка написать чистую НФ, и получилось, конечно же, НФ, но, к великому сожалению, очень слабо как сюжетно, так и по базовой идее.
    Сюжетно попытка была выстроить произведение весьма художественно – тут даже присутствуют две линии повествования: одна о том, что происходит на борту космического корабля, а вторая – о жизни мальчика, сына космонавта.
    Про жизнь мальчика сделано весьма «драматично» и именно «художественно» во всех отношениях, чего нельзя сказать о «космической» линии, которая прошу прощения, слишком уж «простенькая» и бесхитростная, без интересных идей. Ну, долетели космонавты до спутника Сатурна – Энцелада, высадились. (Кстати, откуда на маленькой планетке – диаметр всего около 500 км, – практически не имеющей атмосферы, «ураганные ветры»?!) Под ледяным панцирем обнаружен океан – а там жизнь. Причём – разумная. Космонавты в спускаемой капсуле оказались в ловушке и их спасает местный «осьминог», судя по всему, разумный настолько, что он поднимается на поверхность и доносит капсулу до корабля. Космонавты спасены, мальчик увидит папу – конец рассказа.
    Увы, в воздухе повисает вопрос: ну и что? И ещё немало вопросов возникает. Например, а каким образом «энцеладец», которые, судя по всему, на поверхность своей планеты из этого подлёдного океана ранее не поднимались и жили исключительно в этом океане подо льдами, вдруг научился ходить по поверхности? Ведь там он однозначно вряд ли выдержал бы чрезвычайно низкую температуру – ведь он живёт в воде при температуре однозначно плюсовой, а на поверхности Энцелада где-то порядка –198оC). Этому нет никакого объяснения.
    В общем, «космическая» линия повествования в рассказе получилась слишком слабенькая как в сюжетном, так и в научном отношении. На всём этом фоне довольно странно выглядит и название рассказа: а кто это все – земляне? Неужели и жители Энцелада тоже?

Добавить комментарий для Борис Долинго Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru