Рейтинг@Mail.ru
аэлита кубок 3

Романенко А. – Мы все – Земляне – 43

 

 

«За десять лет полёта мы поговорили уже, казалось, обо всём, – стилус выводил на дисплее электронной записной книжки аккуратные строчки.

Набрать с собой кучу бумажных блокнотов, как того хотелось, Тимофею не позволили из-за ограничений в грузоподъёмности – каждый килограмм на счету. Чтобы как-то компенсировать это и не отучить руки от письма, Савченко настроил ввод вручную, и теперь на экране появлялся его почерк. Дисплей и стилус – чем не ручка и блокнот. Он продолжал:

– Хоть и времени в плотном графике космических экспериментов на разговоры остаётся немного, мне кажется, что я знаю каждого из них всю жизнь. Здорово, что ребята говорят по-русски! Оказывается, экзамен на знание великого и могучего, у всех астронавтов и тайконавтов один из основных и самых сложных. А всё потому что значительная часть оборудования на корабле наша, российская. Английский я со школы знаю, немецкий вот с Геной выучил. Наверное, и китайский бы освоил, не будь Чен таким молчаливым. Да…

Мэтью Робертс и Генрих Шнайдер – астронавты со стажем, каждый выполнил не по одному полёту, в том числе и в качестве командира.

Мэтт – в прошлом военный лётчик, в НАСА попал по программе обновления пилотного состава. Вырос на ферме в Айдахо, с детства грезил небом. Вест-Пойнт, авиационная академия. Соединённые Штаты давно не вели войн ни на своей, ни на чужой территории, поэтому вся деятельность Робертса и его коллег состояла в патрулировании воздушных границ своей державы. Мэтт откровенно скучал на этой работе, поэтому с радостью откликнулся на предложение попробовать себя в отряде астронавтов для одной очень продолжительной, как ему сказали, но очень почётной миссии. Перед этой основной задачей его «прогнали» через простые задачи – полёт до Луны и обратно, и через сложные, какими считались вояжи на Марс и Венеру. Все испытания он выдержал достойно, хоть и ушло на это немало времени и сил. И теперь он здесь – среди первопроходцев.  Дома, в Айдахо, у Мэтью остались жена и двое детей, но он, хоть и скучает, как и все, виду не подаёт. «Пока я здесь, – с улыбочкой приговаривает Робертс, – НАСА выполняет любые капризы моих сорванцов! У младшего – безлимитный абонемент во все Диснейленды, а старший как-то очень уж легко поступил в Йельский. Да и жёнушка не в обиде – то она в Майами, то в Гонолулу, голограммы посылает, ух!»

Генриха Шнайдера я в шутку называю просто Гена, хоть он и старше. Он из той когорты астронавтов Европейского космического агентства, что успели застать последние миссии Международной космической станции. Легендарный орбитальный аппарат, что стал школьной партой для нескольких поколений покорителей космоса, был первым примером взаимодействия человечества в межзвёздном пространстве. Опыт оказался успешным, и теперь самые сложные задачи решаются смешанными экипажами. Гена рассказывал про космодром Восточный, когда тот, на двадцатом году существования, был площадкой только для орбитальных запусков. С восторгом Шнайдер говорит о первых экспедициях к ближайшим планетам, и с сожалением, что поиски жизни на них не увенчались успехом. Всю жизнь промотавшийся в космосе, он самый старший из членов экипажа, и потому исполняет обязанности капитана. «Я старый космический волк», – говорит он о себе. Ни одна фрау не ждёт его в родной Верхней Саксонии, не сложилась у Гены личная жизнь на Земле. И потому с неутомимой надеждой ищет он жизнь за её пределами, отправляясь в самые долгие и тяжёлые экспедиции в межзвёздные дали. Миссия «Пилигрим» стала его последним шансом осуществить мечту, а по возвращении – почётная пенсия и спокойная старость. Но пока космический волк в строю, и мы ему верим.


Комментарии:
  1. Картинка профиля Борис Долинго

    Это была достойная уважения попытка написать чистую НФ, и получилось, конечно же, НФ, но, к великому сожалению, очень слабо как сюжетно, так и по базовой идее.
    Сюжетно попытка была выстроить произведение весьма художественно – тут даже присутствуют две линии повествования: одна о том, что происходит на борту космического корабля, а вторая – о жизни мальчика, сына космонавта.
    Про жизнь мальчика сделано весьма «драматично» и именно «художественно» во всех отношениях, чего нельзя сказать о «космической» линии, которая прошу прощения, слишком уж «простенькая» и бесхитростная, без интересных идей. Ну, долетели космонавты до спутника Сатурна – Энцелада, высадились. (Кстати, откуда на маленькой планетке – диаметр всего около 500 км, – практически не имеющей атмосферы, «ураганные ветры»?!) Под ледяным панцирем обнаружен океан – а там жизнь. Причём – разумная. Космонавты в спускаемой капсуле оказались в ловушке и их спасает местный «осьминог», судя по всему, разумный настолько, что он поднимается на поверхность и доносит капсулу до корабля. Космонавты спасены, мальчик увидит папу – конец рассказа.
    Увы, в воздухе повисает вопрос: ну и что? И ещё немало вопросов возникает. Например, а каким образом «энцеладец», которые, судя по всему, на поверхность своей планеты из этого подлёдного океана ранее не поднимались и жили исключительно в этом океане подо льдами, вдруг научился ходить по поверхности? Ведь там он однозначно вряд ли выдержал бы чрезвычайно низкую температуру – ведь он живёт в воде при температуре однозначно плюсовой, а на поверхности Энцелада где-то порядка –198оC). Этому нет никакого объяснения.
    В общем, «космическая» линия повествования в рассказе получилась слишком слабенькая как в сюжетном, так и в научном отношении. На всём этом фоне довольно странно выглядит и название рассказа: а кто это все – земляне? Неужели и жители Энцелада тоже?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru