Рейтинг@Mail.ru
аэлита кубок 3

Ширяев К. – Наступи на горло понедельнику – 90

– Спокойно, Мариша, – произнёс Павел чужим голосом и добавил хрипло, поглядев на Мишу: – Твои грехи безмерны, срок твой исчислен, – и показал Мише язык. Мел растворяясь, светился розовым светом на языке.

Справившись со столбняком, Миша прыгнул на Павла, выставив вперёд правую руку с растопыренными пальцами. Большой и указательный пальцы были уже готовы сомкнуться на горле парня и уже пошли навстречу друг к другу, но они же первыми и растворились в воздухе. Потом исчезла ладонь, рука. Миша ещё находился в полёте, но какая-то невидимая сила стирала – как тряпка стирает мел со школьной доски – живую плоть летящего человека. Исчезла голова, плечи, торс, ноги. Всё это произошло бесшумно, в какие-то доли секунды. Не стало гостя, несущего смерть.

Несколько минут Паша и Мариша сидели в полной прострации. Первым очнулся Павел.

– Что это было с нами?

– Не знаю, Волчок, мне так страшно.

– Малыша, я чувствую, как будто поучаствовал в чужом спектакле в качестве куклы.

– Я тоже была как марионетка.

– Мы убили его.

– Если бы не мы, то он нас.

– Согласен. Мы, вероятно, сделали то, что должны были.

– Да.

– Но меня не оставляет чувство, что после этого убийства наш мир уже не будет прежним.

– Наш с тобой? – робко спросила Мариша.

– Не только наш с тобой, – задумчиво ответил Павел.

 

                      

                    ИТОГ БИТВЫ: ДОБРЫЙ-ЗЛОЙ ПОНЕДЕЛЬНИК

Будильник звенит не переставая.

Виталик, резко откинув одеяло, вскакивает с кровати.

– Ах, ты боже мой, я же машинально завёл будильник, а сегодня-то воскресенье – выходной день – в университет не надо! – Виталик ударил кулаком по старому огромному будильнику и тот замолк, напоследок грустно хрюкнув.

– Вот я растяпа, мог бы спать ещё пару часов, – бормочет Виталий. – Ладно, надо вставать, всё равно уже не усну.

Виталий Половинкин, студент физфака Ленинградского государственного университета восемнадцати лет от роду, как есть  –  в трусах и майке  – встал с кровати и босиком вышел в длинный коридор своей коммунальной квартиры. Здесь, кроме Виталия и его дяди Николая, живут ещё пять семей. Сегодня воскресное утро и все стараются выспаться, поэтому очереди в туалет и ванную нет. Виталик, поплескавший в душе, выходит с полотенцем на шее в большую 15-метровую кухню. От яркого солнечного света, отражаемого белым кафелем стен, кухня кажется ещё больше. У каждой из пяти семей есть свой кухонный закуточек с неизменным примусом, стоящим на столе и шкафчиками, повешенными на стенах. В своём уголке у окна уже хозяйничает Ирина Григорьевна в строгом сером платье – она кормит манной кашей свою внучку Машу. Виталик поприветствовал соседей. Ирина Григорьевна – крупная, грузная седовласая  женщина лет шестидесяти – весьма строга с людьми, в коммуналке её побаиваются все, кроме Маши. Под взглядом васильковых глазок пятилетней внучки строгая бабушка тает как воск. Сегодня на Маше белое платьице с синими цветочками, девчушка сама, как цветочек, сидит на стуле, болтая ножками. Сегодня Ирина Григорьевна проверяет Машу на знание русских пословиц и поговорок.


Комментарии:
  1. Картинка профиля Борис Долинго

    Тут примерно та же ситуация, о которой я уже не раз говорил в этих циклах рецензий: написано «литературно» очень неплохо. И даже набран текст, в основном, верно: где надо стоят тире, а не дефисы (частая ошибка у многих авторов!) и т.д., правда, есть ошибки в пунктуации в сочетаниях прямой и косвенной речи. Автору надо внимательно посмотреть соответствующие нормы (если автор мне напомнит, пришлю соответствующую «методичку»). А вот гладкостью и цельностью построения сюжета есть существенные проблемы, которые, возможно, влекут за собой и определённые «логические нестыковки» в сюжете.
    По своему замыслу, на мой взгляд, это весьма любопытная и концептуально объёмная вещь, и масштаб маленькой повести (90 т.зн.) для неё определённо мал. Тут тема на приличный роман просматривается невооружённым глазом, и автор даже вводит разные части (разные линии) повествования. К сожалению, скорее всего, именно из-за недостатка места для выражения всех мыслей, многое остаётся за кадром, и в результате «картина мира» произведения, что называется, «не бьётся», т.е., не выстраивается в чёткую смысловую и непротиворечивую, если сравнивать отдельные части произведения, структуру. При этом надо отдать должное, что автор рисует вполне осязаемые, «живые» образы действующих лиц и обстоятельств, но отдельные часть КОНЦЕПТУАЛЬНО не коррелируют друг с другом.
    В первой части (со студентом Володей) вырисовывается вроде бы следующая ситуация: некие организации из будущего Земли пытаются корректировать ход развития истории, одни за «Восток», другие – за «Запад». Этакая «Вечность» из Азимовской «Конец Вечности», но только тут не одна организация, а несколько. Эти организации между собой борются, и парня Володю убивают (поскольку – как очень кратко в 1 части успел намекнуть автор – Володя представлял интерес для исторического процесса). Т.е., в первой части подоплёка всех процессов вполне себе «научно-техническая» – рисуется естественно-научная картина мира.
    Во второй части (про Павла Волкова) особенно в конце эта концепция подвергается сильной «идейно» ревизии: там начинает происходит нечто явно мистическое. И как эта мистика связана с частью 1 – совершенно не поясняется и не вяжется с концепцией 1 части. Более того, часть 2 структурно совершенно иная, чем часть 1 – там появляются главы, поданные с ракурса разных героев, что само по себе является явным нарушением логики построения единого произведения, в котором структура отдельных частей должна совпадать. Не потому, что это какой-то непреложный закон, а просто потому, что в едином произведении и «ритмика» повествования должна выдерживаться (особенно, если это не продиктовано изменением общего смысла сюжета).
    Во второй части начинаются и определённые смысловые «ляпы». Например, сказано, что герой Миша вдруг стал слышать то, что люди говорят в 100 м от него. Сразу вопрос: а не глохнет ли Миша при таком уровне чувствительности звука, когда рядом с ним говорят с обычной громкостью? (Т.е., в подобной ситуации следовало, как минимум, сказать хотя бы что-то, что у Миша одновременно появилась возможность РЕГУЛИРОВАТЬ свой уровень слуха). Аналогичная проблема должна была бы возникнуть и со сверхчувствительным Мишиным обонянием: чтобы случилось, если бы кто-то распылил рядом с ним парфюм, а? (Брызните парфюмом возле носа собаки – посмотрите на реакцию!)
    Затем вот такие слова, когда Миша обретает «волшебную» шкатулку: «…он понял, что должен её очень беречь…» Это особо подчёркнуто! Но при этом Миша бросает шкатулку в совсем не потайном месте – в платяном шкафу, где её находит его, в общем-то, случайная любовница! Явно не вяжется с рисуемым образом Миши.
    Третья часть – про Виталика Половинкина. Действие происходит накануне начала ВОВ, которая не начинается потому что у Гитлера отказывают почки. Т.е., как бы надо догадываться, воздействие «хороших» корректоров времени сделало своё дело. Но абсолютно не понятно – как и почему! Более того, не вполне понятна концепция разных частей, действие которых происходит в столь разные моменты земной истории: части 1 и 2 происходят, как можно понять, в наше время, а часть 3 – в 1941 году! Чем вызвано такое временное разделение – не ясно совершенно, что создаёт впечатление несогласованности сюжетной концепции в целом.
    В последней 4-й части оказывается, что существуют некие «Блюстители времени» (весьма расхожий, надо сказать, штамп), которым надоедает работа корректировщиков времени, и Блюстители предпринимают меры. Какие – не вполне понятно, автор даёт лишь пару штрихов, намекающих, что они либо уничтожат земную цивилизацию, либо изменят её до неузнаваемости. Причём образы «Блюстителей» рисуются уж очень карикатурно-божественно: «…как один из Блюстителей держал на ладони галактику, распределяя течение Времени…»
    Самая последняя часть сделана очень хорошо литературно – но также сумбурно в смысле сюжетной связи с произведением в целом и с другими частями, как и все остальные части в целом и друг с другом. На Земле начинается действие «Блюстителей» – все предметы из железа вдруг начинают распадаться – тоже, кстати, ужасно заезженный штамп в фантастике! К сожалению, всемогущие Блюстители не придумали ничего лучшего для перевоспитания жителей планеты Земля. (Опять же – ну не будет железа – люди воевали ведь и без него! Медными мечами будут. Дубинами, в конце концов!) И хотя, повторяю, в литературном отношении часть 5 написана тоже хорошо, но вот такие штампы её не красят. Как и примитивное рассуждение о том, что развитием клетки управляют некие божественные силы, поскольку (по концепции автора, которую он явно на скорую руку сюда прилепил) зерно (семя, клетка) ну никак иначе развиваться не могли бы.
    Да, и ещё на фоне всех частей название, по-моему, хотя и звучное, но совершенно не к месту – именно по общему смыслу.

    Резюме: сильно надеюсь, что подобная скомканная мешанина у автора получилась исключительно из-за того, что он пытался всю весьма объёмную идею втиснуть в лимит нашего раздела фантастики – 90 т.зн. Возможно, постарайся автор и напиши он последовательный, вдумчивый текст с развитием этой концепции (прежде всего, про корректировку развития цивилизации и борьбе на этом поприще Востока и Запада), роман этак на 500-600 т.зн., то мог бы получиться намного лучше. Но в данном случае явно «коротка кольчужка» получилась

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru