Рейтинг@Mail.ru
Долинго- критик, Аэлита

Трунова Т.- Это то, о чём мы мечтали-11

Произведение поступило в редакцию журнала "Уральский следопыт" .   Работа получила предварительную оценку редактора раздела фантастики АЭЛИТА Бориса Долинго  и выложена в блок "в отдел фантастики АЭЛИТА" с рецензией.  По заявке автора текст произведения будет удален, но останется название, имя автора и рецензия

-----------------------------------------------------------------------------------------

Первая мировая война – один из самых
широкомасштабных вооруженных конфликтов
в истории человечества

Историческая реальность

 

 

- Смелей! — воскликнул он. — Вон там, в туманной дали,
Причалим мы к земле. Чуть пенилась вода.
И в сумерки они к чужой стране пристали,
Где сумеречный час как будто был всегда.
В тревожно-чутких снах дышала гладь морская*, - продекламировал Дэниэл вполголоса.

Никаких сумерек в проливе не наблюдалось, напротив,  день только разгорался, он обещал быть жарким и солнечным. Но Дэниэлу это вовсе не мешало. Бликующая вода  и топазовые оттенки окружающего мира подходили стихотворению просто удивительно. Бух, бу-бух, бу-бух! – билось сердце войны в унисон со строчками великого Теннисона.

- Турки наши позиции обрабатывают, - прокомментировал сержант. Он был настроен не столь романтично. Наверное, этому способствовал шрам на лице, который начинался от виска и извилисто тянулся к самому подбородку. Насколько Дэниэл знал, под пехотной формой со знаками пятого Норфорлкского полка шрамов было ещё больше. Ещё Дэниэл знал, откуда они: осколки немецкого снаряда. Сражение под Монсом. Как бы он хотел там участвовать! Увы, увы, увы. Для бывшего троечника из Оксфорда  высадка в бухте Сувла была первой кампанией. Впрочем, он надеялся, что награды его не минуют. Вот он сходит с поезда. Чемоданчик в руке, вся грудь в медалях. Никто его не встречает, дома ждут только завтра. Ну, так получилось – машина из госпиталя пошла раньше, поэтому и билет на поезд он взял на день раньше. Ранение не серьёзное, так, пробило руку навылет. И идет он по родному городку. Встречные смотрят уважительно, девушки улыбаются. На площади героя встречает сам мэр….

- Не спать, ходить! Рядовой Дэниэл Смит!

Дэниэл попытался по привычке вскочить и едва не вывалился из лодки.

- Доберёмся до места, получишь два наряда вне очереди. Если ещё жив будешь.

Сержант в своем репертуаре.

- Есть сэр!

Дымчатые кубики и горушки впереди превратились в скопище лодок и ящиков, между которыми курсировали человеческие фигурки. Фигурки двигались торопливо,  но особо не пригибаясь – пляж бухты походил на дно широченного оврага, края которого для надёжности усилили мешками с песком. Оттуда, сверху,  всё громче разносилось это «бух, бу-бух, бух-бух». Теперь оно сопровождалось сухим треском выстрелов. И вдруг всё резко смолкло.

- В атаку наши пошли, - снова прокомментировал сержант.

В последующие дни Дэниэл не раз вспоминал этот день: строчки Теннисона, топазовый мир  в золотых бликах и слова сержанта. Сержанта, прошедшего огонь, воду и медные трубы, убило в первый же день. Шальная пуля. Мир больше не был топазом с золотом, под выцветшим от зноя небом он был кровавой жарой, пропитанной трупным запахом, запахом пота, мочи и полевой кухни. Кошмар, от которого не очнуться, но стать частью его – раздувшимся трупом  наверху бруствера. Оставался только Теннисон.


Комментарии:
  1. Картинка профиля Борис Долинго

    Замечания по набору текста и грамматическим моментам те же, что и к рассказу «Пиратская история» – повторяться не стану (хотя здесь в данном случае автор не использует увеличенные интервалы между абзацами – уже хорошо).
    В целом неплохо написано в литературном отношении, но несколько хромает стилистика из-за часто не вполне нужного изложения через рубленые фарзы, например: «…Но Дэниэлу это вовсе не мешало. Бликующая вода и топазовые оттенки окружающего мира подходили стихотворению просто удивительно…» (Почему бы не написать вот так, соединив два предложения через двоеточие: «…Но Дэниэлу это вовсе не мешало: бликующая вода и топазовые оттенки окружающего мира подходили стихотворению просто удивительно …»).
    Это можно было бы называть неким «авторским стилем», если бы не одно «но», и вот яркий пример: «Их батальон был изрядно потрёпан, но выстрелы позади становились всё реже. Оторвались. Жаркий день тоже остался позади. Охлаждая воздух, постепенно сгущались сумерки. Они пахли лавандой и мёдом…» – Если такие «рубленые» фразы являются определённым «стилем», то его следовало бы придерживаться более последовательно, а не пускать сразу после этих куцых фраз «нормальное», сочное, ёмкое и сложное по построению предложение: «…Края лощины, вначале довольно пологие, незаметно задрались вверх, откуда в обрамлении незнакомой растительности на усталых людей смотрело небо, густо-синее, каким оно и бывает в Среднеземноморье по вечерам…», поскольку выглядит всё вместе не неким «стилем автора», а просто неровностями стилистики изложения.
    Попадаются и просто не слишком хорошо построенные фразы, например: «…Кошмар, от которого не очнуться, но стать частью его – раздувшимся трупом наверху бруствера…». Тут явно пропущено некое дополнительное слово типа слова «легко»: «…но ЛЕГКО стать частью его…». Но это всё мелочи, которые сравнительно легко устранить квалифицированному редактору. Хуже другое – сам сюжет.
    Что мы имеем в данном случае? Явно присутствует завязка – есть даже эпиграф с серьёзной претензией на определённую «идеологическую глубину», – есть некое развитие сюжета, но, увы, «концовка» как «итог» просто отсутствует, без чего текст никак не является законченным произведением, а выглядит неоконченной зарисовкой. Дело в том, что сюжет и сопутствующая концовка должны объяснять смысл происходящего, и давать определённые ответы (пусть часто и в завуалированной форме) на то, зачем и почему автор нагородил свой сюжетный огород. Часто именно концовка и являет собой суть сюжета, ту оригинальность, которую сумел создать автор.
    Что у нас происходит? Герой находится в гуще сражения Первой мировой – это всё описано весьма сочно и хорошо. Рядом с ним появляется некий Джек, являющийся кем-то (наблюдателем, экспериментатором?) из будущего, и задаёт вопрос Герою: о чём ты мечтаешь? Герой мечтает о мире без войны и хочет попасть в мир будущего, где, по его мнению, войн нет. Джек снова спрашивает Героя – а ты уверен, что в будущем нет войн? Уверен, отвечает Герой. Тогда Джек каким-то образом (следует весьма путаное описание, перемежаемое цитатами из Теннисона) переносит Героя и почему-то, зачем-то ещё какое-то количество его однополчан в некое будущее. Герой «нутром» (как утверждает автор) ощущает, что вокруг царит мир, но тут с неба падает огонь – и мир сгорает. Конец рассказа. (Кстати, а как же «нутряное» ощущение Героя?)
    Так в чём же тут смысл сюжета? Что Герою зачем-то продемонстрировали, что человечество никогда не сможет жить без войн? Весьма глубокая мысль и очень ценное заключение, но в чём тут оригинальность сюжета, который попробовала выстроить автор? Увы, увы, не внятно и не понятно.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru