Рейтинг@Mail.ru
Долинго- критик, Аэлита

Лаптева Е- Велесова ночь -50

— Я оставлю немного, — согласилась Ясна. Она аккуратно втирала порошок из излюдина в рассечённую кожу вора. Тот только морщился от боли, но молчал.

— Ты мне жизнь спас, — тихо поговорила девушка. — Спасибо...

Она чувствовала на себе его взгляд, и боялась поднимать голову. Велеслав молчал. Наконец Ясна не выдержала и, закрепив последний бинт, посмотрела на спутника. Вор сидел, уставившись в одну точку. Взор его девушке очень не понравился.

— Велеслав,— прошептала она, тронув его за руку,— что с тобой?

Мужчина не отзывался. Казалось, он слышал что-то, доступное только ему. Он очень медленно встал и прислушался. Ясна тоже вскочила.

— Велеслав, слышишь меня?? Ответь, это я, Ясна. Послушай меня, посмотри на меня! — в отчаянии бормотал девушка, понимая, что творится неладное. Она уже без всякой осторожности трясла своего спутника за плечи. Но он оставался совершенно безучастным. Внезапно он резко дёрнулся и пошёл в лес. Ясна, охнув, кинулась за ним. Она пыталась повиснуть на нем, задержать, но куда там! Он с лёгкостью продвигался вперёд, словно и не замечая усилий девушки. Наконец впереди показалось болото. Оно заросло ряской, которая едва колыхалась на ветру.

— Велеслав, нет!! — крикнула девушка, отчаянно пытаясь удержать спутника на берегу.

Тот с лёгкостью скинул её и в мгновение ока нырнул в грязное болото.

***

Темнота, тишина и сладостный голос, который звал только его...его одного. Хотелось забыться, раствориться в этом голосе и остаться с ним навсегда в темноте. Он помнил только зов, волшебный зов и как он шёл, повинуясь ему. А затем — долгожданная встреча! Чьи-то руки обвили шею, губы жадно прикоснулись к губам, и он окончательно стал засыпать, растворяясь в сладкой неге...

И вдруг жуткий запах разложения и гнили ударил в нос. Он помотал головой, пытаясь сосредоточиться на зове. Нет, снова этот запах. Вдруг стало мокро. Он с удивлением понял, что находится под водой, а руки, обвивающие его больше не ласковы: они требовательно сжимают шею, и воздуха все меньше...

В то же мгновение вернулось зрение, но все, что можно было разглядеть, это мутная зелёная жижа перед глазами и такие же зелёные, жуткие руки, впившиеся в него. Вдруг мелькнуло что-то блестящее, отливающее металлом. Раз-раз — и руки разжались! Кто-то рванул его наверх, и Велеслав вынырнул, закашлялся, захрипел.

— Все-все, тише...— раздался рядом дрожащий голос Ясны.— Давай же, помоги мне, надо вылезти из этого болота, пока другие водяницы не приплыли.

Он наконец опомнился и понял, что хрупкая девушка отчаянно тащит его на берег. Кое-как они выползли на сушу и, не сговариваясь, почти на четвереньках поползли от страшного омута подальше. Наконец, они оказались все у той же берёзы, рядом с костром. Огонь весело трещал, освещая все вокруг приятным мягким светом. Велеслав, дрожа всем телом, глянул на Ясну. Ту, казалось, покинули последние силы. Она вся тряслась, все ещё сжимая в руке окровавленный кинжал. Вся одежда её была в тине, даже волосы отливали зеленью. А по щекам безостановочно текли ручейки слез.


Комментарии:
  1. Картинка профиля Борис Долинго

    Сразу замечания по набору текста – отсутствие красных строк. В русском художественном литературном языке принято каждый новый абзац начинать с отступа – с красной строки. Так текст становится более выразительным, поскольку видно, где начинается каждая новая мысль автора, каждый момент каких-то меняющихся акцентов в повествовании. Причём, красные строки должны одинаково присутствовать и в абзацах косвенной авторской речи, и в абзацах с прямой речью персонажей. Читать текст без красных строк очень неудобно. Некоторые авторы решают это по «интернет-принципу» – делают увеличенные интервалы между разными абзацами. Так, действительно видно и без красных строк, где начинается новый абзац. Но, во-первых, автор и этого не делает (отчего весь текст выглядит некой «кучей» строк , и, к тому же, то, что принято в сетевых публикациях статей и новостного материала, не применяется в художественных текстах. Поэтому увеличенных интервалом между абзацами не нужно делать, а вот красные строки – обязательны.

    Написано в остальном в целом грамотно, но вот что видно сразу – автор не всегда в нужных местах пользуется соответствующими знаками пунктуации. Например: «…Хотя тётка и была отчасти права, как бы Ясне не больно это было осознавать. Замуж её не звали…» – ну здесь так и просится тире между двумя отдельным пунктуация в тексте вообще. Объединённая фраза станет куда более выразительной по сравнению с двумя предложениями-обрубками.

    Вовремя поставленное в тексте тире (вместо запятой или само по себе), нужное, где требуется, двоеточие, не говоря уже о вопросительных и восклицательных знаках (по отдельности или в сочетании друг с другом), делают текст более выразительным и внятным, придают ему эмоциональность и, значит, лучше отражают интонации как самого автора, так и его героев, усиливают нужные акценты на важных элементах повествования и рассуждений героев и автора. Сочетание знаков «?!», например, позволяет наглядно передавать удивление героев или самого автора (только следует помнить, что всегда пишется именно так – «?!», а не «!?», потому что главное в интонации удивления всегда само удивление, а не восклицание, которым оно выражается. Поэтому это всё очень важно именно в стилистическом плане.

    Автор почему-то забывает, что тире в тексте ли, в прямой ли речи персонажей всегда обособляется пробелами. Кроме того, видно, что проблема написания сочетаний прямой и косвенной речи (проблема 99% авторов) присутствует и в данном случае. Если автор мне напомнит – вышлю нашу методичку по написанию таких сочетаний – явно пригодится.

     

    В тексте присутствуют повторяющиеся явно лишние описания – например, в самом начале автор несколько раз почти подряд повторяет, что героиня «крепко сжала свою сумку». Ну к чему это опереточное нагнетание волнения?! Вполне достаточно однократно сказать о «сжатии сумки», тем более, что чуть далее даётся описание такого же нервного «сжатия подвески». Возможно, о «сжатии подвески» не стоит говорить вообще, а лишь ограничиться каким-то иным упоминанием этого оберега (а ещё лучше сказать про оберег в самом начале вместо троекратного «сжимания сумки»).

    Не вполне понятный момент, что Велеслава называют «Ирбисом». Нет, красиво, конечно, но как-то сомнительно, что какие-то воры из глуши в Древней Руси знают название барса из Центральной Азии. Это я всё к тому, что стоит продумывать уместность различных экзотических слов и соотносить их с местом и временем действия своих сюжетов.

    В целом автор вполне владеет словом, но, как я подозреваю, попытки нарочитой стилизации под «древнеславянские сказы» служат ей плохую службу, создавая слишком уж «штампованный» текст. Это, собственно, и понятно: сказать что-то не то чтобы «принципиально новое», а хотя бы достаточно оригинальное на базе всего этого народного фольклора (что славянского, что любого другого) просто невозможно – очень уж ограничен и замусолен набор «кубиков» для выкладывания мозаики сюжетов. Ведь даже «логики» какой-то в подобных сюжетах придерживаться сложно. Например, Ясна ходит и ходит по оврагу кольцами, и только находившись вдруг соображает, что можно сыпануть полыни, которая у неё в сумке лежит. Чего ж не сыпанула сразу? Ну, понятно: иначе какой сюжет? (Кстати, а какие «кольца» тропинок могут быть в ОВРАГЕ?! У оврага что, ширина – километр?!) Ну и т.д., и т.п. – к сожалению, в целом текст набор заезженных штампов из разнообразного рода «старославянских сказов».

    Мне кажется, что автор умеет писать действительно очень неплохо, только стоит выбирать более «свежие» темы для раскрытия собственного таланта.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru