Рейтинг@Mail.ru
Долинго- критик, Аэлита

Долматович Е. – Меня зовут Июль – 39

– Так что, мы её прямо сейчас потащим? – спросил я. – Или ещё посидим?

Но Серёжка не ответил. Он смотрел куда-то мимо меня, и взгляд его был серьёзен. Тогда я обернулся и увидал незнакомца, шедшего к нам со стороны поля.

 

***

 

Он остановился в паре метров поодаль и преспокойно уселся на траву. Сорвав тростинку, сунул её в рот, задумчиво посмотрел на реку, затем куда-то в синеву неба и блаженно улыбнулся.

Мы же, с опаской косясь на него, держались на почтительном расстоянии.

– Привет, ребят, – вдруг сказал он и с прищуром глянул на нас.

Был этот тип довольно высокого роста, ни худой, ни толстый, одет в потёртые джинсы и закатанную в рукавах клетчатую рубашку. Лицо и руки тёмные от загара, волосы русые, а глаза – когда он повернулся к нам лицом – непостижимым образом переливались, менялись. И не было возможности установить, какого именно они цвета. Секунду назад тёмно-янтарные, как застывшая древесная смола, и вдруг – бац! – уже густо зелёные, словно вольная мурава на поляне. Тем не менее незнакомец совершенно не вызывал опасения. Было в нём что-то располагающее, дружеское, можно даже сказать, доброе. Нутром я чуял, что доверять ему можно.

– Здравствуйте, – сухо отозвался Серёжка.

Я же хранил молчание: мало ли что.

– Ну как вы тут, рыбы много наудили?

– Да не особо, – всё так же хмуро ответил Серёжка. – А вы откуда? Я вас не знаю.

– Откуда я? – Незнакомец посмотрел в сторону поля, на линию горизонта вдали. – Да как сказать… Отовсюду. Вот, прогуляться решил.

– Отовсюду? Это как так?

Вместо ответа незнакомец указал рукой на корзину.

– Гляжу, бочку вытащили.

– А она что, ваша, что ли? – мигом набычился Серёжка, и в голосе его подозрительность сменилась неприкрытой воинственностью.

– Да нет, не моя, – примирительно сказал незнакомец, продолжая таинственно улыбаться – так, словно бы знал что-то, чего не знали мы. – Парнишки одного. Но он, к сожалению, не сможет её забрать. С ним беда приключилась – ногу сломал, когда с гаража прыгал. Так что теперь в городе, в душной больнице с гипсом лежит. Скучает.

– И что?

Незнакомец пожал плечами.

– Можешь забрать себе.

– А-а… Спасибо.


Комментарии:
  1. Картинка профиля Борис Долинго

    заменим Июль на Лето, рассказ принят для публикации

    Написано хорошо, в целом грамотно (отдельные описки не в счёт).

    Вызвало сомнение вот какая мелочь: автор упоминает, что в детстве его герой читал «заплесневелые книги Лавкрафта из шкафа в доме его друга». Сомнение вот в чём: «книга с отпечатком кровавой ладони на обложке» выходила на русском языке в 1992 году. Чтобы книга в шкафу «пропахла плесенью», должно было пройти не менее лет 10 (книга всё-таки ведь не в сарае лежит, а худо-бедно в доме!). Т.е., детство ГГ в описанный период приходится примерно на начало 2000х. И не вполне вяжется возраст ГГ в момент описания – просто по описанию герою лет 40, т.е. – это не совсем наше время. Это, конечно, субъективное замечание, но описанный нюанс вызывает некоторый «когнитивный диссонанс», скажем так, и слова про «заплесневелую книгу» я бы подправил (скажем, на просто «пыльную»).

    В целом – прекрасный и очень романтический рассказ. Но вот что бы я изменил однозначно: слово «Июль» в названии и в тексте. Почему «Июль», почему не «Лето» в целом?! Ведь даже в тексте сам сказочный персонаж рассуждает о ВРЕМЕНАХ ГОДА (упоминает Весну, Осень и Зиму), а себя почему-то выделяет как месяц! Сам ГГ много раз рассуждает именно об очаровании ЛЕТА ВООБЩЕ, но никак не об одном месяце «июле». Так почему же – Июль? Вообще не логично.

    Одним словом, предложение к автору: заменим «Июль» на «Лето» везде в тексте – и рассказ принят для публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru