Рейтинг@Mail.ru
Долинго- критик, Аэлита

Долматович Е. – Меня зовут Июль – 39

И тогда меня вдруг осенило: волшебство… – я ведь вовсе и не утратил его, как мне оно показалось. Магия лета по-прежнему была здесь, наполняя пространство вокруг, и Июль стоял где-то рядом. Он добродушно поглядывал на меня и, быть может, загадочно улыбался. Он был всё такой же – высокий, загорелый, с неопределённого цвета глазами и неизменной тростинкой во рту.

Я буквально слышал его слова:

– Не теряй воображения.

И от этого становилось легче. Июль был здесь, – детвора радовалась ему, пусть и не осознавала этого, да и мамаши со стариками тоже радовались. И даже котяра у подъезда казался вполне довольным его появлением. Ведь дело совсем не в возрасте, верно? Дело в воображении. Июль живёт именно там, где сохраняется и детство, и вера, и волшебство.

И теперь, когда я наконец понял это, мне осталось лишь повторить слова Волшебника, сказанные им задолго до моего рождения.

А потому, улыбнувшись лету, я прошептал:

– Чудеса и диковины, – передай дальше…

________________________________________________________________________________

каждое произведение после оценки

редактора раздела фантастики АЭЛИТА Бориса Долинго 

выложено в блок отдела фантастики АЭЛИТА с рецензией.

По заявке автора текст произведения может быть удален, но останется название, имя автора и рецензия.

Текст также удаляется после публикации со ссылкой на произведение в журнале


Комментарии:
  1. Картинка профиля Борис Долинго

    заменим Июль на Лето, рассказ принят для публикации

    Написано хорошо, в целом грамотно (отдельные описки не в счёт).

    Вызвало сомнение вот какая мелочь: автор упоминает, что в детстве его герой читал «заплесневелые книги Лавкрафта из шкафа в доме его друга». Сомнение вот в чём: «книга с отпечатком кровавой ладони на обложке» выходила на русском языке в 1992 году. Чтобы книга в шкафу «пропахла плесенью», должно было пройти не менее лет 10 (книга всё-таки ведь не в сарае лежит, а худо-бедно в доме!). Т.е., детство ГГ в описанный период приходится примерно на начало 2000х. И не вполне вяжется возраст ГГ в момент описания – просто по описанию герою лет 40, т.е. – это не совсем наше время. Это, конечно, субъективное замечание, но описанный нюанс вызывает некоторый «когнитивный диссонанс», скажем так, и слова про «заплесневелую книгу» я бы подправил (скажем, на просто «пыльную»).

    В целом – прекрасный и очень романтический рассказ. Но вот что бы я изменил однозначно: слово «Июль» в названии и в тексте. Почему «Июль», почему не «Лето» в целом?! Ведь даже в тексте сам сказочный персонаж рассуждает о ВРЕМЕНАХ ГОДА (упоминает Весну, Осень и Зиму), а себя почему-то выделяет как месяц! Сам ГГ много раз рассуждает именно об очаровании ЛЕТА ВООБЩЕ, но никак не об одном месяце «июле». Так почему же – Июль? Вообще не логично.

    Одним словом, предложение к автору: заменим «Июль» на «Лето» везде в тексте – и рассказ принят для публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru