Рейтинг@Mail.ru
«Фантастика патриотизма» — Конкурс фантастического рассказа

Соло для адского котла

Готовлюсь к прыжку. Как же болят суставы! Но на тебя меня еще хватит! Я как старый пес, который умирает, стиснув зубы на горле вора, пробравшего в дом. И я тебя остановлю! Я - Карпов Сан Саныч, остановлю тебя - Аслана Расхадова. Потому что я - это больше не ты. Я - не Аслан. Твое лицо принадлежит чужому шакалу, который убивает женщин, стариков и детей. И если бы мне дали волю, я бы разбил все зеркала, чтобы не видеть твоего худого небритого лица. Никогда!

МЕЧ

Говорят, что палачи живут долго. Меч, Игорь Мечников, очень надеялся, что это правда. Ему было всего тридцать пять, но палачи рано выходят на пенсию - слишком нервная работа. Официально их называли исполнителями, но люди предпочитали сухому, безликому слову - емкое и меткое: палач. И Меч не возражал. Он любил свою работу. Ему нравилась эта странная, почти интимная связь с осужденными. В старинной книге он прочитал, что когда-то перед казнью осужденные отдавали палачу самую дорогую вещь - нательный крест, прощая человека который провожал их в мир теней. А палач, в свою очередь, обязан был хранить и носить этот крест всю жизнь. «Грехи его ты понесешь...» - так говорилось в той книге.

Каждый раз Меч надеялся, что именно сегодня он увидит Перелом. Перевоспитание преступников было долгим процессом, и Перелом мог случиться во время дежурства сменщика. Иногда преступники до него просто не доживали. Мозг не выдерживал перегрузки, нейроны буквально сгорали, проходя бесконечные круги вероятного развития событий в теле жертвы.

Перелом был не только целью перевоспитания, но и лазейкой для гуманистов и правозащитников, которые сначала ополчились против Процедуры, называя ее изощренно-жестокой и отсроченной смертной казнью. Но им объяснили, что это не казнь, а перевоспитание, шанс начать жизнь заново. Переломом назывался момент, когда

преступник в теле жертвы пытался убить или остановить самого себя, полностью отождествляя себя с пострадавшим. После этого он считался искупившим свою вину, и получал новую психоматрицу человека, родившегося заново. Пройдя реабилитацию, бывший осужденный выходил на свободу, ему делали пластическую операцию, и он начинал свою жизнь с чистого листа.

Но до Перелома было Болеро. Так называл Меч Процедуру, закольцованную на саму себя, как бессмертная симфоническая пьеса Равеля - единственное в мире музыки произведение без начала и конца. Бесконечное, как Процедура.

«Эта музыка будет вечной, если я заменю батарейки», - так пел старинный рок-музыкант Бутусов, и Меч чувствовал дрожь во всем теле от закольцованной, словно китайский дракон, вечности. От бесконечного круга Болеро. Только исполнялось оно не обычным оркестром, а оркестром, состоящим их адских котлов.


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru