Рейтинг@Mail.ru
О братьях меньших

1983 09 сентябрь

Про Кузю, Блямку и других

Автор: Рябинин Борис

читать

Живое копье
Это было во время второй мировой войны.
Рано утром, когда чуть начало светать и море еще было окутано густой пеленой тумана, к атлантическому побережью Франции подплыли большие десантные лодки. Они двигались неслышно, совершенно невидимые. Туман маскировал их. Был час отлива.
Но едва первые солдаты-десантники, спрыгнув с лодок и держа оружие над головой, побрели по воде к берегу, навстречу хлынул смертоносный ливень огня и металла. Побережье вмиг ожило, озарилось вспышками выстрелов.
Гитлеровцы, захватившие пол-Европы, давно уже укрепляли французскую береговую линию. Опасаясь высадки противника, они создали «атлантический вал» — расставили хитроумные решётки-ловушки, «ежи» из обломков рельсов, каменные надолбы. В глубоких железобетонных гнездах запрятали пулеметы и пушки.
Как преодолеть такую преграду?
Десантники ползли по песчаной отмели и застывали на месте, убитые и раненые.
Внезапно какая-то длинная темная тень отделилась от земли и рванулась вперед, туда, где строчил пулемет. Миг — и пулемет умолк. Метнулась вторая тень — захлебнулся второй пулемет...
Кто были эти незаметные герои, которые своим телом запечатывали амбразуры дотов и открывали дорогу десанту?
Это были собаки.
Союзники — англичане и американцы — тоже долго готовились к тому, чтобы единым духом преодолеть пролив Ла-Манш, отделяющий Англию от Франции, пробить брешь в обороне врага и высадить свои войска. Они создали особые отряды — «коммандос». «Коммандос» первыми штурмовали побережье. Для этой цели отбирали самых сильных, самых ловких и смелых.
Десантников называли «наконечниками копья». Но настоящим «острием копья» стали доберманы-пинчеры. Впервые их опробовали при вылазке в Дьепе. Опыт оказался удачным. «Живое копье» помогло избежать лишних человеческих жертв.
У доберманов молниеносные движения, тело поджарое, стройное, как у скаковой лошади, морда длинная, уши стоячие, мускулы так и прыгают под атласной шкурой. Обычная масть — черная с рыжими подпалинами, реже — коричневая. Бывают и «голубые», то есть серые доберманы.
Доберман — отличный бегун, прыгун. Он может преодолевать препятствия в два, три и даже три с половиной метра высотой. Он превосходно лазает и, если его обучить, способен легко взбираться даже по пожарной лестнице.
У одного моего знакомого доберман был приучен снимать шляпу с хозяина, когда тот придет домой. Делал пес это просто. Прыг — и шляпа в зубах, прыг — и лежит на полке.
Доберман служит розыскной собакой, у него тонкий нюх и он отлично ловит жуликов. От добермана не скроешься!
Он горяч и возбуждается мгновенно, проявляя при этом необычайную ярость и злобу,— тогда он опасен. Наверное, это самая темпераментная собака на свете.
Долгое время доберман в Германии, откуда он родом, разводился исключительно как полицейская собака. Но потом пошла такая мода на доберманов, что их стали покупать все.
В царской России был знаменитый доберман-ищейка Треф. Его возили по разным городам. О нем рассказывали чуть ли не легенды.
Меня часто спрашивают: а если взять добермана, его можно воспитать? Он не будет кусаться?
Можно! Отвечая так, я всегда вспоминаю Бенно, добермана-пинчера моего друга Мазовера., За всю свою жизнь он ни на кого ни разу не набросился зря. И выдержка была отличная!
Помню случай на выставке. Вор пытался украсть чемодан, которым был награжден Бенно. Бенно его задержал. Сообщили хозяину — Александру Павловичу.
— Пускай посидит,— ответил тот невозмутимо.
И Бенно не отпускал вора в течение всего дня, пока не закончилась выставка. Пока не закончился последний ринг, не раздали призы и не освободился Александр Павлович (он, был судьей на ринге), Бенно не сошел с места.
И уж совсем поразительный случай. Вышли они как-то погулять рано утром. Глядь, на тротуаре стоит корзина. Вокруг ни души, Бенно сунул в корзину нос и посмотрел на хозяина. Оказалось, там колбаса и всякая другая снедь. Чья корзина? Почему тут стоит? Александр Павлович оставил Бенно караулить, сам глянул туда, сюда, побежал в переулок... Возвращается — около корзины женщина, его дожидается, Бенно отдал ей корзину беспрекословно, даже никакой враждебности не проявил — признал, очевидно, по запаху, который не могла заглушить даже колбаса. Оказалось, хозяйка ключ забыла от калитки и побежала к соседке, а корзину, чтоб зря не таскать, оставила на тротуаре...

Юша-автомобилист
Дело было в курортном городке Пярну.
Вдруг пошел слух: приехали отдыхающие на автомашине. а за рулем — собака, боксер. Знаете боксеров? Не путайте с бульдогом. Часто, увидев боксера, говорят: «Это бульдог». Нет, не бульдог! Бульдог — широкий, приземистый, как утюг. Ноги у него кривые, курносость выражена предельно — морду будто топором обрубили. А боксер — стройный, подтянутый, на прямых ногах, морда не такая усеченная, как у бульдога, взгляд почти осмысленный, как у человека. Вообще, в боксере, в его «физиономии», есть что-то от человеческого лица.
Бульдог непривлекателен, боксер — красив, если ухоженный. (Хотя, заметим, ценители бульдога находят и его красивым по-своему: красота — понятие относительное.)
Да, так вот, «боксер за рулем автомашины»! Неужели правда?
Гляжу — действительно: хозяев нет, а на шоферском месте солидно восседает гладкая курносая собака. Все таращат на нее глаза, а она — ноль внимания. Машина закрыта.
Подошел постовой, постучал пальцем по стеклу, сказал:
— А права-то у него есть?
Нет, конечно, собака не могла водить машину. Но боксеры очень любят ездить на машине. Откуда у них такая страсть, не пойму.
Едет, да еще обязательно по сторонам глазеет. Увидит интересное — головой завертит, заерзает, иногда даже скулить примется. Проехали— обернется и смотрит в заднее стекло. Как человек. Не терпит, если машину обгонят. Вой, лай, возмущение!
Юша (так звали нашего героя) даже болезнь нажил на машине — воспаление глаз. Оттого, что уж очень усердно смотрел в окно. В глаза — ветер, пыль, яркие блики солнца... Не уберегся!
Не пойму, в чем причина, но на долю боксеров в последнее время почему-то особенно часто выпадают суровые испытания.
Ведь было же: выкинули бокса на лестничную площадку. Утром жильцы идут, смотрят — собака, боксериха, привязана за отопление, к ошейнику прицеплена записка: «Собака Дина кому надо берите». Собака худющая, исстрадавшаяся, взгляд мученицы. Три дня ее кормили ребята, потом взяла какая-то женщина.
...К тротуару подкатила зеленоватая «Волга» с шашечками на дверцах и резко затормозила. Шофер хотел выйти и купит» папирос, открыл дверцу, а тут, откуда ни возьмись, боксер. В машину — скок! Мороз, стужа,— замерз. Трясется весь.
Из-за своей роковой страсти кататься на машинах, случается, боксеры теряются. Выпустит какой-нибудь ротозей-хозяин своего пса погулять, тот бродит-бродит, замерзнет — зима, а шкура у боксера не как у овчарки или лайки, в дом не пускают, увидел стоящую машину — туда, дверца захлопнулась, и поминай как звали. Увезли и продали.
Но с Юшкой вышло по-другому. Он не терялся. От него решили избавиться. Его отдали, а он через десять дней вернулся (пробежал через весь город), веревка на шее длинная, грязная, сам рад-радехонек. Да рано радовался.
Через неделю хозяин завез его подальше и там бросил.
Пропадать бы Юшке в чужом месте, не подвернись таксист, которому приспичило купить пачку папирос... Куда девать собаку? Из машины не выходит. Привез домой — жена не пускает с собакой, Подумал-подумал и привез в гараж.
Шофер видит — собака добрая, не кусается и даже, более того, сама жмется к нему, с благодарностью принимает всякое проявление внимания. Проникся к ней симпатией. Некоторое время Юша жил в гараже, стерег машину-такси.
После, по номеру на ошейнике, удалось найти настоящего хозяина. Милиция этим уже занималась. Но хозяин Юшу не принял обратно, отдал документы-родословную.
А тут звонок: потерялся боксер. Вы нашли боксера — не он ли? На базаре в эти дни можно было видеть молодую женщину с заплаканной девочкой. Ищут пса: не продают ли? Увели щенка-боксерчика. Щенок не нашелся. Это решило судьбу Юши. Так он наконец обрел настоящих хозяев.
Хорошая, дружная семья — инженер с женой и дочерью. Любят животных, собак-— особенно.
Вот когда началась настоящая жизнь. Инженер — страстный автомобилист. И Юша охотник до быстрой езды на автомобиле. Обоим ничего не надо, только дай автомобиль. Это — жизнь! С машины началась, машиной, наверное, и кончится.
Можно долго рассказывать про Юшу.
Многие почему-то чураются боксеров. Страшные-де. Зато уж с таким спутником за машину можешь не беспокоиться. Хозяева ушли — Юша у руля. Попробуй, тронь!
Раз заночевали в лесу. Под деревьями сыро — легли в машине. Спят. Только Юша вдруг слышит: кто-то тихонечко подошел, тронул ручку. Юша весь напружинился, но молчит, не лает. Как пограничные псы: те тоже зря не поднимут шума.
Ручка повернулась, дверца открылась. Юша — прыг!
Неизвестный — бежать. А Юша висит на нем, прицепился как репей. Скатились оба в овраг. Тут и нашли их.
Ночной гость был ни жив ни мертв. Проучил его Юша.
Как-то ехали и увидели: милиционер не может хулигана образумить. Тот дерется, кулаками машет, не  унимается. Юша враз привел его в чувство. Милиционер повел дебошира, а Юша сзади на машине едет, из окна выглядывает.
В Германской Демократической Республике боксер — главная собака криминалистов, служит в народной полиции.
В некоторых странах боксеров ставят сторожами на границе — ловить контрабандистов. Служат они хорошо, старательно. Ловки, быстры, прыгучи.
Четвероногих футболистов в цирке видали? Тоже боксеры.
Одно плохо: шкура у боксера очень. тонкая, так же, как у добермана. К холоду непривычен, резких перемен температуры боится. А во всем остальном — отличный пес. .
Те, кто держал боксеров, дорожат ими. Хвалят: очень ласковый, преданный пес. Постоянно ластится к хозяевам, жить без них не может (как и они без него).
Очень забавен боксер-щенок: весь в складочках, пузо толстое, а морда — как у обиженного старичка... Будто хочет сказать: и зачем я на белый свет родился?

Первый блин, или Про храброго Кузю, который спас генерала
Он грыз кость. Кость была старая и совершенно голая, но он был рад и такой. Он долго провозился с этой костью и потому привлек внимание бойцов. Так произошла резкая перемена в его жизни. Его привели к генералу.
— Вот,— только и смог сказать молодой бравый ординарец, на всякий случай придерживая собаку за ошейник, чтоб ненароком не бросилась на начальство. Кто их знает, собак, что у них на уме. И в чинах они не разбираются.
Крапчатый рослый пес сильно припадал на одну ногу. Он мог бы сойти за красавца, не будь такой худой и грязный.
— Где вы его взяли? — полюбопытствовал генерал.
— Да вот, сам прибился. Наверное, потерялся...
— Хороший пес.
В ответ Кузя несмело вильнул хвостом. Он сразу понял, что генерал любит собак.
— Может, возьмем, товарищ генерал? — осторожно промолвил ординарец.— Пускай живет, не объест. Опять же веселее...
— Давай. Там посмотрим.
Кузя был из породы легавых — сильных и выносливых собак, преданных и добрых, обладающих тонким чутьем и завидной работоспособностью. Кузя мог найти или выбрать из кучи монет оброненный хозяином пятак. Он мог... Он многое мог, этот рано охромевший пес! Ходить бы ему на охоту, неслышно ступая, насторожившись, хвост струной, выслеживая дичь для хозяина-охотника. А тут — война, мины... В войну многие легавые оказались отличными искателями мин.
Генерал не знал, что Кузя уже обучался в школе на минера.
60 000 собак было на боевой службе в Советской Армии в годы Великой Отечественной войны; Кузя — один из этих 60 000. Многие погибли. Кузе еще повезло, досталось только ноге.
— Когда-то был пойнтер,— сказал генерал, окидывая Кузю еще раз внимательным взглядом. До войны он был заядлый охотник и понимал, что такое подружейная собака. Кузя опять несмело дернул хвостом, будто понял.
Так Кузя стал генеральским псом.
Собаку только раз приголубь, после сам ее не отдашь. Без Кузьмы генерал не сядет обедать; генерал на передовую — и Кузя на передовую. В машину скок — и сидит солидно позади генерала, у ног автоматчиков, понимает: охрана. Если уж очень опасно, генерал оставит Кузю: «Там, голубчик, стреляют, могут убить. Ты уж извини..,»
На генеральских харчах Кузя быстро поправился, разъелся. Только хромота осталась, но на это никто не обращал внимания. Собаку баловали и Николай, и все солдаты.
Наша армия наступала. Фашисты драпали. Убегая, они старались всячески навредить нам — закладывали мины, взрывали города, села, мосты, дороги.
В один из дней генерал и его штаб остановились в только что отбитой у врага деревне. Все сильно устали. Квартирьеры быстро определили под постой для командира хату получше, расторопный ординарец Николай принялся наводить в ней порядок.
— Блинцов бы испечь, товарищ генерал, а? Как смотрите? — предложил он.— Мука имеется, обстановка позволяет.
Принесли охапку дров, да вот беда — сырые, не разгораются, Но что с Кузей? Как вошел, принялся обнюхивать все углы, шумно втягивая ноздрями воздух и перебегая с места на место. Поглядел вверх на потолок, вниз, после стал нюхать большую русскую печь, добрался до шестка — даже приподнялся на задних лапах, чтобы дотянуться, но не удержался — лапа подвернулась. Сев перед печкой, Кузя тоненько заскулил, оглядываясь на людей.
— Ты что, голубчик? — удивился генерал, но вдруг догадка осенила его. — Отставить блины! Потушить огонь! Саперов сюда!
Пришли саперы и извлекли на свет запрятанную среди кирпичей мину.
За годы войны советские собаки-минеры отыскали миллионы мин, запрятанных фашистами. Нашел и Кузя свою. Когда водрузили на стол большое глиняное блюдо с горкой аппетитных блинов, самый первый достался ему.

Кувас-телохранитель
— Какая собака лучше всех охраняет хозяина? — допытывался соседский Сережка.
— Ты хочешь сказать: какая порода?
— Ну да, порода.
— Да все охраняют хозяина, даже самые маленькие...
— Ну, а какая лучше? — не унимался Сережка.
— Есть такая порода. Так и называется: телохранитель...
— Вот мне бы такую!
...А ведь и вправду есть. Мой челябинский знакомый Спасоломский, старый собаковод, привез щенка из Центральной школы. Называется порода кувас.
Щенку дали имя Грилль.
Занятный пес. Хозяев влюбил в себя с первого взгляда.
Белый, как овечка, шерсть курчавая. Тело пятнистое, есть черные пятна, а шерсть вся серебристо-белая шерсть разберешь — просвечивает розовое тело. Нет подшерстка. Между прочим, колли тоже без подшерстка и потому тоже легко простужается. Но на этом сходство куваса с колли и кончается.
Нос розовый, уши висячие, глаза темным ободком обведены, взгляд в упор и умный-умный, сразу видно — с характером.
Впрочем, таким — чистым да белым — он стал потом, а когда привезли, был грязный-прегрязный, испачкался в дороге. Вымыли — получился как шарик белого пуха или ваты...
Пока вырастили, хлопот и забот было с ним — вагон. Нос шелушится, кровоточит, кожа заворачивается. Врачи говорят: перемена климата. Летом пыль попадает, бойтесь пыли. Давали рыбий жир с медом, мазали нос от авитаминоза. Есть такая болезнь, очень неприятная, когда витаминов не хватает. Собаки частенько ею болеют, как и люди.

И збаловался за время болезни...
Лакомка. Поест — приходит к буфету, сядет: давай сладкое. Будет час сидеть и два. Один угостил, после угощает другой житель дома и третий. У каждого попросит по очереди. Сидеть будет хоть до ночи.
День ото дня заметнее проявлялась его сообразительность. Зимой ходит во дворе везде. Вскопают гряды— ходит по бороздам. Позовут— прямо ни за что не побежит, обойдет по дорожке.
Нравится сопровождать хозяев в лыжные походы. Одно плохо: шерсть между пальцами, зимой намерзает снег,— начинает хромать. Говорят, из кувасьей шерсти вяжут варежки.
Вырос Грилгюшка. Метровой длины, с пушистыми «штанами». Похож на белого медведя. Кажется таким увальнем, но только кажется. Попробуй подразни — не убежишь.
Лай — низкий бас. Упрям. Возбудимость, как у добермана. Малышом был страшно драчлив, задира и сейчас. Не дает другим собакам лаять, чуть что не по нему — зубы в ход. В драке подставляет шею. Неуязвим! Шерсти на шее — до тела не добраться. Не терпит баловства, беготни, криков — живо наведет порядок.
Порядок, впрочем, наводит везде, где может. Кошкам  не дает ничего со стола трогать. Рычит. Если мясо на столе — сядет и сидит, караулит. Сам тоже никогда не тронет. При нем можно не беспокоиться, никуда ничего не денется.
Вот тут и вспомнили, кто он родом, откуда. «Кувас» в переводе с турецкого, точнее «кавас»,— телохранитель. Предки Грилля охраняли покой турецких владык, их разводили для охраны дворцов. Там (в Турции) они крупнее и, значит, еще сильнее.
В Венгрии есть похожие на них — командоры. Одна ли это в прошлом порода или у них только корни общие, судить не берусь. Вообще-то многие породы состоят в родстве между собой. Может быть, когда-то вместе с ордами турецких завоевателей кувас проник в Центральную Европу и там дал начало особой ветки «телохранителей».
Хозяин уехал в командировку — Грилль отказался от корма. Лег у сундука, скрестил передние лапы, на них положил голову. Грустный-грустный. День не встает, другой не встает. Хозяина не было четыре дня, и четыре дня не ел.
А потом, когда хозяин приехал, обрадовался — спал у кровати, прижавшись к ножке, на половике. Захрапел на радостях!
Но с тех пор своих не отпускает из дома, ловит зубами за брюки. Не ходи. Или бери с собой.
Не дает никого обижать, ссориться не позволяет. Встанет посредине, как бы разгораживает. Кошку вздумали наказать — он прибежал, заступился. Хватает за руку. Не тронь! Не дам!
— Гриллинька, ты хороший,— скажут ему.
А он как понимает. На ласку все сделает. На принуждение — упрется, рычит и ни с места..
В семье появился ребенок. Как-то к нему отнесется Грилль? Немножко беспокоились вначале. Уж больно пес своеобычный, как говорят в народе, с норовом, значит, не похожий на других. Вдруг ему не понравится новое существо: кричит, плачет, ручками-ножками размахивает, беспокойный. Решили последить. Глядят, а он сидит у коляски тихохонько, выражение морды серьезно-умильное, строгое, охраняет малыша... Телохранитель!

Блям Блямыч, или Где собака?
Сколько я на своем веку возил щенков — не упомню. И фоксов, и эрделей, и овчарок.., Но такого «концерта», какой задал мне Блямка, не задавал ни один.
Перед тем как ехать в Москву за щенком, на семейном  совете долго решали — какую собаку взять? Дога держали, овчарку, эрдельтерьера, фокса... Возьмем, условились, пуделя, да не обычного, наиболее распространенного, большого, а так называемого миттель-пуделя («миттель» по-немецки — средний). Собака мягкая, нрава скромного, никаких хлопот.
Взяли. Ох и «тихая собачка»!
Уже в секции комнатно-декоративных собак в доме на Хорошевском шоссе, перейдя с рук старой хозяйки на мои, он вдруг взъярился и тоненько, по-ребячьи, раза два тявкнул на меня... Я умилился, но скоро мне стало не до умиления. Щенок визжал и лаял, пока мы с ним ехали в такси до аэровокзала на Ленинградском проспекте, визжал в вокзале, пассажиры сбежались: «Где плачет ребенок? Почему?»
Гавкал и скулил Блямка в автобусе — пятьдесят километров до аэропорта Домодедово, не дал покоя и в самолете. Словом, как начал в шестнадцать часов по московскому времени, так до самого дома, до трех часов ночи в Свердловске! Уж я его и качал, тюлюлюнькался с ним, на руках подбрасывал, как грудного младенца, уговаривал — кричит! Но кто действительно умилил меня, так это пассажиры. Хоть бы один заворчал или поморщился.
Утихомирился Блямка, лишь когда его пустили в доме на пол. Сразу вся дурь прошла! Замолчал и принялся деловито обследовать квартиру: понял, что приехал домой!
Глебка, мой младший сынишка пяти лет, долго смотрел на него, потом спросил:
— А где у него входит и где выходит?
Действительно, разобраться было трудно: кругом шерсть. Черная, густая. Ни хвоста не видно, ни глаз, ни носа. Пришел знакомый, посмотрел и тоже изрек:
— А где тут собака?
И правда: торчат черные клочки во все стороны, а собаки не видно. Лай — слышно.
Стал наш Бляма подрастать. Побратался с Кацо, большим сибирским котом. Дружба — водой не разольешь! Вместе играют, носятся друг за другом. Вместе едят. У каждого, разумеется, своя чашка, но Блямка подъедает и за Кацо, ждет не дождется, когда тот отойдет от чашки. А если кот опередил, первым поспел к собачьей посудине, Блямка ни-ни, не трогает: ешь!
Кот растолстел. Раньше привередничал, теперь видит, что Блямка не гнушается никакой едой, и сам стал есть то, на что раньше глядеть не хотел.
Пудели, подобно овцам, не линяют. Их стригут и расчесывают. Я, правда, своего не расчесывал, сознаюсь в этом открыто и без особых угрызений совести. Существует мнение: если не чесать, то нарушается воздушный обмен с кожей, но я никакого ухудшения не заметил, зато в «шнурках» Блямка всем нравился куда больше, нежели стриженый.
Носится Блямка с ребятами во дворе, чувствует себя в своей компании, участвует во всех играх. Собака, которая специально создана для ребят! «Колобок», «медвежонок», «овечка» — любовно называют его.
Стоит показаться во дворе, у ребят один вопрос: «А Блямка выйдет?» Прежде спрашивали про сыновей. Теперь Блямка затмил всех.
Все репьи льнут на Блямку, весь мусор... На кого похоже! Блямкина беда — льнет каждая соринка. И каждая, даже самая маленькая, видна на его черной шерсти, как в тетрадке — клякса. Ходить не может, весь в репье. Из одной лапы выдерешь — захромал на другую. Бежит-бежит — и вдруг сел и принялся вырывать зубами колючку. С прогулки идет — обязательно принесет на себе щепку, ветки, палочки.
Между прочим, распространенное мнение, что пудель — собака нежная и требует особого бережного отношения, тем более «миттель», средний пудель,— это мнение совершенно ошибочно. Да, верно, пудели обладают мягким податливым характером, трогательно привязчивы, однако это вовсе не говорит об их слабости, скорее наоборот. Когда я получал Блямку в московской секции комнатно-декоративных собак, тамошние руководительницы породы прочитали мне целую лекцию-напутствие: как кормить да как ходить, то нельзя, другое нельзя. Косточка куриная — упаси боже!.. Потом дома мы часто вспоминали эти «наставления». Посмотрели бы москвички, как Блямка управляется с костями: только треск стоит!
Не забыть, как ходили на лыжах зимой, туда и обратно — двадцать километров. Наш пес обратно шел — шатался, шел по лыжне, останавливался и смотрел виновато, пришел, стоит, с него течет, по полу стучал — обмерзли лапы, сплошные комки снега со льдом. А через час уже был вновь веселехонек и готов пуститься в новое путешествие. В этот день я припомнил утверждение старых знатоков-кинологов, что пудели при всей кажущейся изнеженности — выносливые и крепкие собаки.
Вернемся, однако, к первому периоду жизни Блямки.
...Блямке — год. Подошло время стричь его. Апрель. Лето близко. Не стричь — жарко будет, замается собака. И порода того требует. Стрижка для пуделя как модная прическа для женщины. Без стрижки нет пуделя. Стричь надо, иначе шерсть сваляется, кожа не дышит.
Стригут «под льва», «под каракуль»...— фасонов много. Мы выбрали немецкую стрижку «под каракуль». Я специально поучился у одной московской знакомой этому искусству. При мне она сделала другому пуделю «усы», «шапочку», вывела талию, а грудь стала совсем богатырская, тоже из шерсти. Глаза открылись (вот какие, оказывается, глаза у пуделя, красивые, с белыми ободками, умные да серьезные!), уши — как шелковистые лепестки. «Махры» на них тоже подстригли. Там подравняли, там подрезали, получился пес-картинка. Сумеем ли мы так? А, была не была! Все равно надо!
Поставили Блямку на стол, принялись стричь. Я очень опасался: острижем всего — а собака останется? И опасался не зря. Шерсти все прибывало, а собака все убывала. Шерсть складывали в таз, после из нее ребятам навязали теплые носки, варежки, шарфы — красота! Жена сделала себе чудную кофту — теплую, мягкую.
А Блямка, стриженый, стал маленький, тщедушный. Выпустили его во двор погулять. Соседская девочка, часто игравшая с Блямкой, смотрела-смотрела и спрашивает:
— А где Блямка?
Подошел мальчуган:
— Вы что, другую собаку завели?

читать
Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru