Рейтинг@Mail.ru
Люди подвига

1985 10 октябрь

Офицерская доблесть

Автор: Абрамов Александр

читать

В годы войны летчик Спартак Маковский 218 раз вылетал на боевые задания, провел 79 воздушных боев, сбил лично 23 фашистских самолета, два — в группе и пять уничтожил на земле. А 8 мая 43-го таранил вражеский истребитель.
Когда Спартак уходил в армию, отец, Иосиф Иванович, вручил ему как напутствие свою биографию. К ней была приписка:
«Дорогой сын мой Спартак! Даю тебе свою краткую биографию, которая будет тебе заветом на всю жизнь для преданности партии Ленина. Твой отец Маковский».
С отцовской биографией Спартак прошел через всю войну, хранил долгие годы. Теперь этот документ стал экспонатом запорожского музея.
Иосиф Иванович Маковский был родом из бедной крестьянской семьи. В годы революции храбро сражался в рядах Красной гвардии, партизанил. С 1919 года находился на партийной и советской работе. Избирался делегатом Восьмого Всероссийского съезда Советов. Видел и слушал В. И. Ленина. Был комиссаром отряда особого назначения, укреплял Советскую власть в Сибири, боролся с контрреволюцией.
В семейном архиве Маковских бережно хранится все, что напоминает о жизненном и боевом пути отца.
Вот один из таких документов. «История о болезни, причиненной белым террором.»
Предъявитель сего т. Маковский Иосиф Иванович, будучи начальником Крестьянско-Рабочего Штаба повстанческой Красной Армии, в 1918 году 26 августа руководил с товарищами восстанием в Славогородском и Павлодарском уездах, и повстанцы захватили в свои руки вышеуказанные два уезда. Это восстание было жесточайше подавлено отрядами Анненкову и Красильникова — главными карателями Сибирской учредилки. Тов. Маковский был пойман последним после двухмесячного преследования и (Заключен в павлодарскую уездную тюрьму 7 ноября 1918 года. Обвиняясь за вооруженное восстание и свержение белого правительства по ст. 100, 102, 108, за что последний просидел 13 месяцев в той же тюрьме и был зверски приколот отступающим дутовско-колчаковским отрядом 27 ноября 1919 года штыками палачей в числе 35 жертв партийных и советских работников.
Тов. Маковский пролежал в трупах до прихода советских войск. 29 ноября 1919 года был извлечен из трупов 26-й советской дивизией 5-й армии и привезен из тюрьмы в павлодарскую уездную больницу со следующими штыковыми ранениями: пять ран в грудь, из которых четыре с поражением легких (выход воздуха), одна рана в живот... шесть в спину и бока, не считая ранений в ноги и руки. Приведен был в сознание... Температура повысилась до 39 градусов. Пролежал в больнице до 28 декабря 1919 года. Благодаря здоровой натуре выздоровел...
Что удостоверяется подписями и приложением советской и партийной печати».
...К началу 1944 года фашистская авиация заметно выдохлась. Истребители авиаполка, в котором воевал Маковский, стали чаще ходить на штурмовку вражеских аэродромов.
На правом берегу Днепра, между Никополем и Каховкой, воздушная разведка обнаружила новые авиабазы противника.
3 января 1944 года две штурмовые группы истребителей 3-го авиакорпуса нанесли удар по немецким аэродромам. Ведущим первой группы был командир корпуса генерал Е. Я. Савицкий, во главе второй шел старший лейтенант Маковский.
На подходе к цели зенитки противника открыли сильный заградительный огонь.
— Мы пробились через завесу разрывов,— вспоминает Спартак Иосифович— Я и мой ведомый Виктор Кузнецов сумели сделать по три захода, поджечь три самолета на стоянках. В это время мои товарищи вели воздушный бой и сбили четыре «мессера». Посмотрев на часы, я подал команду: «Виктор, уходи от огня. Береги боеприпасы. На обратном маршруте будем штурмовать переправу».
Сбоку под крылом промелькнула станция Алостолово. В это время Спартак заметил, что за хвостом теряющей высоту машины Кузнецова тянется светло-голубоватая сверкающая полоса. На дым не похожа. Маковский запросил напарника, но тот не ответил. «Значит, вышла из строя радиостанция»,— решил он. На всякий случай еще раз пёредал: «Виктор, садись в плавни, там должны быть наши партизаны».
Самолет Кузнецова продолжал снижаться. Немного приблизившись к нему, Маковский, наконец, увидел, что светлый след— это не что иное, как вытекающий из пробитого бака бензин...
Кузнецов посадил самолет между двух дорог, по которым двигались немецкие колонны. Единственная возможность спасти Виктора — приземлиться и взять его на борт. Маковский сознавал, на какой риск идет. Любая неожиданность при посадке или взлете — попади колесо в рытвину или наскочи на валун, или заглохнет мотор... Да мало ли какая случайность могла подстерегать летчика. Тогда погибнут оба — и он, и Кузнецов. Но Маковский без колебаний направил машину на посадку. Ему было видно, как по истребителю Кузнецова заплясали язычки пламени. А со стороны дороги уже приближались немцы.
Почти у самой земли Маковский  вдруг заметил, что поле пересекает линия связи. Он инстинктивно рванул ручку на себя и сделал повторный заход.
Приземлившись, и откинув колпак кабины, Спартак крикнул подбежавшему Кузнецову:
— Не мешкай, немцы бегут. Левую ногу в кабину, правую на  крыло, голову под козырек... Держись крепче за поручни прицела. Быстрее, быстрее! Иду на взлет!..
Советский истребитель пронесся чуть ли не над головами гитлеровцев, они разбежались в стороны, но, спохватившись, пустили в ход автоматы.
Этот фронтовой эпизод не изгладился из памяти спасенного В. Г. Кузнецова. Вот что он вспоминает:
«Спартак Маковский — это человек, который в тяжелую минуту, рискуя своей жизнью, вырвал меня из лап фашистов... Вы, наверное, представляете себе истребитель «Як», в кабину которого только-только втискивается один летчик, а тут мы должны были поместиться вдвоем. Я был в таком положении, что почти полностью лишил Спартака обзора, и, конечно, затруднял управление самолетом. И лишь его высокое мастерство и твердая воля помогли ему... Как только машина оторвалась от земли, ко мне пришла уверенность, что мы благополучно долетим до своего аэродрома... Я с трудом »удерживался на самолете: ведь большая часть моего тела была за бортом и встречный поток воздуха так и вытягивал меня из кабины.

Наконец машина коснулась земли. Я с трудом вытащил из-под козырька кабины голову, оглянулся и увидел бегущих к нам боевых товарищей. В тот момент, когда меня снимали с самолета и укладывали на носилки (нога так онемела, что я не мог встать), я выразил Спартаку чувство горячей благодарности и назвал его своим вторым отцом.
Уже через несколько дней мы опять вместе с ним продолжали боевую работу. И, будучи ведомым Маковского, я не раз выручал его в трудную минуту воздушного боя...»
Так случилось, что в тот час, когда Маковский приземлился со спасенным Кузнецовым, на аэродроме находился командир авиакорпуса генерал Е. Я. Савицкий. Он приказал выстроить весь личный состав, подозвал к себе Спартака Маковского и, обняв его, громко сказал:
— Ваш подвиг не забудется. Я преклоняюсь перед вашей храбростью и приказываю представить вас к высшей награде Родины — званию Героя Советского Союза.
О подвиге Спартака Маковского сообщила «Правда» 5 января 1944 года в оперативной сводке Совинформбюро.
В тот же день в полку появился «Боевой листок» с приветствием герою и четверостишием известного поэта:
У летчиков наших такая порука,
Такое заветное правило есть:
Врага уничтожить—
большая заслуга,
Но друга спасти —
это высшая честь.
А спустя много лет дважды Герой Советского Союза маршал авиации Евгений Яковлевич Савицкий писал в газете «Советская авиация» о С. И. Маковском:
«...Это был талантливый летчик. И не просто летчик, а командир, организатор боя. Ему поручались наиболее ответственные и сложные задания. Нередко бывало, что я возглавлял общую группу, а он был ведущим одной из подгрупп. Неоднократно бывал моим ведомым. Три или четыре вражеских самолета я сбил именно тогда, когда вылетал в паре с Маковским.
Припоминаю эпизод, когда он спас своего товарища. В тот день... вылетели две группы наших истребителей. Одну возглавлял я, другую — Маковский. При возвращении с задания горючее у меня было на исходе, и я приземлился на аэродроме того полка, в котором служил Маковский. Вижу, люди чем-то обеспокоены. Оказалось, что все еще не вернулся Маковский и его ведомый, высказывались предположения, что они сбиты. А через несколько минут на подходе к аэродрому увидели самолет...
Незабываемая картина: летчики, механики, мотористы качают, а затем на руках несут своего боевого товарища. В этом проявилось их восхищение доблестью офицера Маковского».
...В конце сентября 1945 года майор Спартак Маковский, получив краткосрочный отпуск, приехал домой в Запорожье. В это же время  должен был возвратиться из командировки отец Спартака — Иосиф Иванович, который по поручению обкома партии находился в районе по оказанию помощи в проведении уборки урожая.
Но Спартаку не довелось встретиться с отцом. Иосиф Иванович Маковский был злодейски убит бандитами, бывшими пособниками оккупантов.
Спартак Иосифович Маковский — достойный преемник дела, которому служил его отец.
Золотая Звезда Героя Советского Союза, орден Ленина, три ордена Красного Знамени, ордена Отечественной войны 1-й степени, Александра Невского, Красной Звезды, многие медали — так отмечены заслуги перед Родиной Маковского-сына.
В послевоенное время он несколько лет возглавлял досаафовский авиационно-спортивный клуб имени А. К. Серова в Свердловске. В те годы этот клуб стал одним из лучших в стране. Сейчас С. И. Маковский на пенсии. А в мирном небе летают сотни его питомцев.

читать
Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru