Рейтинг@Mail.ru
Главный Уральский хребет.
Фотолетопись

Забой

… Дорога не близкая, надо одолеть несколько сопочек, четыре мелкие речки и одну крупную, Сосьву, но вот свет фар упирается в изгородь кораля. Есть там кто? Нету! Значит не пригнали ещё. С  Ходового перевала, самой южной и низкой точки основной громады Урала  разрублена неширокая оленегонная тропа шириной в 2 -3 нарты.  С небольшого морошкового болотца в курумниках, среди редкого елово- пихтового леса на седловине перевала берёт начало небольшая речка Ходовая, один из многочисленных притоков Сосьвы. Отсюда,  вдоль её истока, у небольшой избушки оленеводов, собиравших с зимних пастбищ - окрестных увалов и распадков на перевал основное стадо, начинается тропа. По ней и должны пригнать часть (кусок, как называют его оленеводы) стада…

На Ходовой перевал стадо перегоняют осенью. С традиционных летних пастбищ на плато Кваркуш, расположенного юго- западнее Главного Урала. Там, в начале лета, как только сгонит снег(!), проводили «пантовку». Срезались панты, сушились. В этом мероприятии сам не участвовал, но возил готовую продукцию, килограммов до двадцати, на Московский эндокринный завод не раз. Спущенное к подножью Кваркуша вдоль русла небольшой речушки Малый Жигалан, стадо почти 15 км бежит по старой лесовозной дороге до подножья Сосьвинского Камня южного отрога Главного Уральского Хребта, где его и поднимают в горы по направлению к перевалу. Вот эти 15 км самые опасные для стада. По дороге стадо длинно растягивается. Этим пользовались браконьеры если представлялась возможность. Хотя на перегоны на помощь оленеводам всегда отряжались помощники. Зимой на Ходовом наметает столько снега, что ельник заметен только по макушкам. Горе тому, кому взбредёт в голову наломать лапнику или порубить веток для костра. Подойдя к такой макушке, человек проваливается вдоль ствола почти до земли, а это на 3-5 метров. Крона дерева не давала снегу слежаться в плотный наст. Провалившегося либо засыпало снегом и тогда уже «насовсем», либо он успевал схватиться за толстые ветки и орал во всё горло, если был не один. По рассказам оленеводов, основными «клиентами» этих «ловушек»  были многочисленные туристы, которые с перевала поднимались на траверз Главного Уральского Хребта.

…Всё стадо не спустить с хребта, да и не вместится оно в кораль. В избе, у кораля нас встречает хозяин сиих мест - лесник 10 обхода Сергей Иванович Ахметгараев (между собой мы звали его Серёга Ахмет), мужчина среднего возраста. Как он сам говаривал, то ли башкирский удмурт, то ли удмуртский башкир, приехавший сюда по вербовке в химлесхоз на "вздымку", да тут и осевший, женившись на зырянке. Разгрузка вещей, традиционные разговоры про охоту,  допитие остатков - незаметно наступает время сна…

Декабрь в тот год был без капризов, снегу было около метра и на термометре около минус тридцати. Капризы "местного" декабря бывают разные: оттепели с дождём, ветра страшной силы. За год до этого зимой ветром оторвало крышу с этого дома и унесло метров на сорок, к кромке леса, за кораль.  Ахмет был в избе, услышав страшный скрежет, забился под нары и решил, что всё, кирдык… Крышу починили летом, на покосе, унесённую - распилили на дрова.


Рейтинг@Mail.ru